И… по слухам вместе с другими мятежниками отправят в Африку под командованием боярина Малосильного.

— Суровое наказание, — краешком губ улыбнулся Канцлер.

— Их семьи пощадили, насколько мне известно. А этим людям сохранили жизнь и даже право быть с семьёй до отправки. Согласен, «суровое» наказание.

— Я говорил без всякого двойного смысла. Малосильный в Африке из них душу вынет. Не говоря уже о том, что там, между прочим, настоящие боевые действия проходят."

"— Пусть так, — не стал спорить с отцом Дмитрий Александрович. — Как бы то ни было, я удивлён, насколько легко Оболенским удалось справиться с последствиями неудачного переворота. Насколько я могу судить, позиции семьи великого князя Тверского сильно укрепились в княжестве. Подавляющее большинство жителей выказывают ему поддержку. А ещё он умудрился продемонстрировать и силу, и милосердие… Сложно представить, что это сотворил тот, кто раньше постоянно лез в драку, пьянствовал и не пропускал ни одной юбки.

— Сложно, — кивнул Канцлер и нахмурился.

— Что-то не так?

— Нет, всё в порядке. Ты хотел что-то ещё обсудить?

— Да, к главному я только подошёл, — осторожно улыбнулся наследник. — Оболенские выиграли торги и арендовали участок леса в Сибири…

— Это было на прошлой неделе, Дима. Что случилось, не томи, — потребовал Канцлер.

— Отец… они подали прошение на выкуп арендованного участка.

— Вот как? — удивился Годунов-старший и снова свёл кустистые брови к переносице. — Причина?

— Хотят построить там полноценный деревообрабатывающий комплекс. А ещё зимнюю усадьбу. Право слово, будто им в Твери снега не хватает, — покачал головой Дмитрий Годунов и, прищурившись, произнёс: — Возможно, они что-то нашли на этом участке. Вся их предыдущая активность на это намекает.

— Нашли, говоришь… — к Канцлеру вновь вернулась меланхоличная задумчивость. Сын хорошо знал своего отца и понимал, что сейчас Годунов-старший просчитывает в голове множество вариантов. — А мы не нашли, — неожиданно заявил Канцлер. — Дай добро на покупку с условием… хм… Пусть развивают инфраструктуру. Они и так в эти деревни деньги вкидывали, вот пусть и продолжат. Дороги обновят, линии электропередач…

— Не слишком ли щедро, отец? — осторожно поинтересовался первый вице-канцлер. — Если в этом лесу правда что-то есть, то…

— То пусть лучше Оболенские найдут этому «чему-то» применение, чем оно валяется без дела до скончания времён, — жёстко оборвал сына Годунов-старший. — Послушай, Дима, каков девиз боярского рода Хранителей?

— Во имя рода и Государства! — тут же ответил сын.

— Вот, — Канцлер одобрительно кивнул. — Мы заботимся о нашем Государстве.

— Позволь, отец, но… Если уж ты вспомнил девиз, то род в нём стоит на первом месте.