Однако все расступались перед нами."

"Я чувствовал, как бурлят эмоции внутри моего старого слуги. Он плохо с ними справлялся, и зародыш Ауры древнего рода Оболенских выплёскивался наружу через каждую пору на его теле.

И люди чувствовали мощь древнего рода.

— Ваша светлость, ваш приказ выполнен! — отрапортовал Илюхин, выйдя вперёд и склонившись в поясном поклоне.

Остальные «наши» будто очнулись от сна, послышался шелест одежд, и бойцы тоже склонились.

«Не наши» замерли в изумлении, не понимая, что делать.

Кое-кто из них замерли в полупоклоне.

— Благодарю, Руслан, — проговорил великий князь, походя коснувшись ладонью плеча Илюхина, — отличная работа.

Послышался грохот — это каменный подиум, на котором стоял Малосильный, «поехал» вниз, опуская на землю своего создателя.

Однако следующим к нам обратился не генерал-лейтенант.

Двое Оболенских вышли вперёд и остановились напротив великого князя. Третий, старик Василий Аркадьевич Оболенский, не имевший титула великого княжича, держался позади Мирослава и Сергея.

— Ваша светлость, рад, что с вами всё в пор… — начал было Мирослав, но его жёстко прерван великий князь:

— Замолчи, предатель! Как смеешь ты открывать рот, после того как попытался убить мою семью? Моего сына? Моих дочерей? Мою любимую жену, ты…

Великий князь занёс ладонь для пощёчины, ударил, но…

Остановил руку возле лица Мирослава. Сжал ладонь в кулак, стиснул зубы и в сторону произнёс:

— Ты понесёшь наказание. Как и все, кто стоял во главе этого заговора. Как и те, кто не побоялся поднять оружие против меня, моей семьи и жителей княжества.

— Я… — тихо пробормотал Мирослав. — Я один стоял во главе этого заговора! — крикнул он, резко рванув вперёд.

В руках предателя возник короткий кинжал странного вида. Лезвие будто бы из дерева, но с вкраплением металла…

Всё это я отметил на ходу, бросившись ему наперерез. Я стоял рядом с великим князем и успел схватить за запястье Мирослава.

— А-а-а!!! — завопил он, когда альтера разрушила его стихийный доспех. — Все они были моими пешками! Слышишь! Это я хотел убить вас всех! Они лишь жалкие недоумки, исполнявшие мои приказы!

Свободной рукой Мирослав выхватил из кармана какой-то шар, и…

Его голова рухнула на брусчатку.

Правой рукой я накрыл руку с шаром, придерживая тело обезглавленного великого княжича.

— Прости, отец, я не знал, что у него за артефакт, — повернувшись к великому князю, произнёс я.

— Ты всё правильно сделал. Если бы он успел активировать этот шар, были бы жертвы. Я считаю, что для этой ночи достаточно смертей! — повысив голос, произнёс он.

— Брат… — тихо произнёс смотрящий на нас полными ужаса глазами Сергей Оболенский. — Я признаю свою вину и вверяю себя на твой суд. Но, прошу тебя, брат! Будь милостив к нашим семьям.