– Больше не покупаю виски в этом магазине! – проговорил потрясенный Маркиз и прикрыл глаза. – И вообще, надо прекратить пить! Надо же, такое со мной первый раз… двоится в глазах! Раньше я о подобном слышал только от законченных алкоголиков!

Он осторожно открыл левый глаз, потом правый, взглянул на попугая… и облегченно перевел дыхание: один-единственный Перришон спокойно наслаждался орехами.

Однако не успел Леня порадоваться своему выздоровлению, как прямо у него над головой раздался громкий голос:

– Ар-рия гер-рцога!

Маркиз поднял взгляд, и волосы у него встали дыбом: второй Перришон сидел на кухонном шкафчике и как ни в чем не бывало чистил перья огромным крючковатым клювом. Заметив, что хозяин обратил на него внимание, Перришон номер два немедленно прекратил прихорашиваться и разразился демоническим хохотом. Затем он хрипло откашлялся и грянул:

– Сер-рдце кр-расавицы склонно к измене и пер-ремене, как ветер-р мая…

– Да что же это со мной происходит! – простонал Маркиз. – Неужели я схожу с ума?

В это время в дверях кухни появился огромный угольно-черный котяра. Величественно прошествовав через кухню, он подошел к хозяину и потерся щекой о его ногу.

– Здравствуй, Аскольд! – проговорил Леня. – Хорошо хоть ты не двоишься!

На всякий случай Леня взглянул на дверь – не появится ли там еще один Аскольд, но с котом все было в порядке. Он не исчезал, но и не двоился.

Правда, сегодня он нарушил неписаное правило – не встретил хозяина в прихожей, но по сравнению с поведением Перришона это был совершенный пустяк.

Леня привычно почесал кота за ухом и снова посмотрел на Перришона. Точнее, на Перришонов, поскольку их все еще было два. Один клевал орехи на крышке холодильника, второй удовлетворенно чистил перышки на шкафу.

Леня застонал и вытащил из кармана мобильный телефон.

Набрав номер своей боевой подруги, он проговорил:

– Лолка, ты где? Ты скоро вернешься?

– А в чем дело? – недовольно осведомилась Лола, почувствовав, что компаньон покушается на ее личную свободу.

– Ты знаешь, мне как-то нехорошо… – признался Маркиз, опасливо переводя взгляд с одного Перришона на другого. – Мне тут мерещатся очень странные вещи…

– Вообще-то мы с Пу И уже поднимаемся на лифте, – проговорила Лола, забеспокоившись. – А температура у тебя высокая?

– Не знаю, – Леня потрогал собственный лоб. – Кажется, нет…

– Никуда не уходи! – распорядилась Лола. – Мы будем дома через минуту… даже раньше… Пу И, золотко, что ты делаешь! – и из трубки понеслись короткие гудки.

Леня поднялся и направился в прихожую, прислушиваясь к своим ощущениям.

Голова не кружилась, в ушах не шумело, перед глазами не мелькали разноцветные пятна. Вообще, надо признаться, Леня чувствовал себя просто прекрасно.