Давай, что ли, почитаем, чем их кормить?

Я достал телефон из кармана джинсов и открыл браузер.

— А я уже почитала, — ответила она и смущённо улыбнулась. — Я тебе так расскажу.

— Правда?

— Правда, — сказала Катя. — В тот вечер, когда ты сказал, что хочешь купить щенка, но не разбираешься в них, я сама открыла браузер и погуглила о мопсах. Значит, самое главное, что надо помнить об их рационе…

Катя увлечённо рассказывала об особенностях питания этой породы, а я только и поражался её способности так качественно и быстро запоминать информацию. И опять же — приятно было отметить, что она так увлеклась этим вопросом. Глаза горят на собаку не меньше, чем у Наташи, — вон, из рук не выпускает. Как бы не пришлось покупать второго пса, чтобы дамы не подрались, — папа будет рад! Ему сегодня только предстоит узнать, что в доме нас отныне пятеро с новым членом нашей семьи — мопсёнком.

— Понятно, — произнёс я, когда Катя закончила говорить, а я всё внимательно выслушал. — Спасибо, что посмотрела. Так и будем делать.

— А как зовут-то его?

— Собаку?

— Ну а кого ещё? Это вообще он или она?

— Он.

— Так есть имя или нет?

— Нет.

— А какое же придумать?

— Ну, не знаю, — пожал я плечами. — Хочешь, назовём его Шарик?

— Ром, — тихо рассмеялась Катя. — Какой Шарик ещё?

— Ну, не хочешь Шариком, давай — Бобиком.

Катя рассмеялась звонче. И чего её так смешат эти клички? Обычные вроде…

— Раз тебя смешат мои варианты — дай ему кличку сама.

— Может, Бруно?

— Почему Бруно?

— Не знаю, — пожала плечами Катя. — Слышала где-то. Понравилось.

— Пусть будет Бруно. Я не против.

— Бруно. Бруно, ты теперь Бруно, понял? — повторяла Романова на разные лады кличку пса. — Запоминай. Ты Бруно. Ром…

Я поднял на неё глаза. Наши взгляды пересеклись и словно бы переплелись между собой.

— Ты его для меня купил? — спросила Катя.

— И для тебя тоже.

— Чтобы отвлечь от бабушки, да?

— …Да.

— Почему ты это делаешь?

— Ты не поняла сама?

— Нет.

Настал тот самый момент, когда мне что-то придётся сказать ей. Но как же это трудно! Язык просто не слушался.

— Я… хочу с тобой дружить, Кать, — всё же выдал я.

Катя распахнула глаза шире и уставилась на меня.

— Дружить? — переспросила она. — Как?

— Так, — ответил я и потянулся к её губам.

Достиг лица, но Катя увернулась, я лишь скользнул губами по её бархатной щеке…

Катя встала на ноги и опустила на ковёр щенка. Повернулась ко мне.

— Я же просила, — сказала она так, словно я пытался сделать какую-то гадость. Да, может быть, это сейчас было и неуместно, но неужели у неё совсем ничего ко мне нет? — Просила меня не трогать, Ром. И ты мне обещал.

Я тоже встал на ноги. В горле першило, а в грудь словно кол вбили.

— Да, помню.