Тихо поставив на прикроватный столик поднос с завтраком, Александра собралась уходить, но не удержалась и кинула взгляд на постель. Смеющиеся медовые глаза издевательски наблюдали за ее усилиями казаться невозмутимой. Оборский пристально смотрел на свою прислугу, и на губах его расползалась довольная улыбка.

— Доброе утро, Глеб Александрович, — смутившись, поздоровалась Саша.

— Доброе, — хозяин кивнул и небрежно вытащил руку из-под лежащей на ней девушки, совершенно не заботясь о том, что может разбудить красавицу.

— Глебушка, иди ко мне, — раздался сонный голос, и брюнетка, приоткрыв глаза, потянулась к мужчине.

— Спи, Ната, — равнодушно ответил Оборский и сел на постели.

Александра, скользнув взглядом по обнаженному торсу хозяина, неловко потупилась и поторопилась покинуть комнату."

"Нет, если так пойдет и дальше, придется выучить пару особо забористых ругательств. Сколько можно смущаться!

Саша захлопнула кухонную дверь, словно отрезая от себя происходящее сейчас в хозяйской спальне и сердито кинула на стол полотенце. На душе было муторно и тоскливо. «Меня не касается личная жизнь Оборского. И точка, — пыталась убедить себя девушка, — и вообще, какая разница, с кем он проводит ночи?» Она подошла к окну и невидяще уставилась на липовую аллею. «Вот, и все. Уже легче. Вдох. Выдох… И совершенно безразлично все происходящее… Еще немного, и я выкину этого невыносимого мужчину из головы. И выдру крашеную тоже…»

Но, вопреки всем намерениям Саши, увиденная недавно картинка так и стояла у нее перед глазами.

«А на месте этой Наты могла быть ты» — искушающе шепнул ехидный внутренний голос.

«Ага. И сейчас именно на меня так равнодушно смотрел бы Оборский» — не менее ехидно ответила ему Александра.

Умом Саша понимала, что Глеб — не тот человек, о котором стоит мечтать женщине. Более того, она прекрасно знала, что, как только он наиграется новой игрушкой, так тут же выкинет ее за ненадобностью. Но какая-то неведомая сила влекла ее к мужчине, заставляла тело плавиться от желания и мечтать о прикосновениях и поцелуях Глеба. Саша презирала себя за эту слабость, ненавидела ночи, превратившиеся в пытку, но ничего не могла поделать. С каждым днем, ее все сильнее тянуло к хозяину. Девушка устала себя обманывать. С той самой ночи, когда она увидела сидящего на кухне незнакомца, оказавшегося владельцем усадьбы, Саша потеряла себя. А может быть, и не с той ночи, а гораздо раньше… Не было больше благоразумной Александры Станкевич. Ее место заняла странная незнакомка, от которой Саша не знала, чего и ожидать. Девушку пугали собственные мысли и чувства, она боялась своей неожиданной зависимости от совершенно не подходящего ей мужчины, но поделать ничего не могла.