А самое-то важное оказалось в свитке. Старинные, почти выцветшие от старости строчки рассказывали о том, что из нашей долины есть выход в открытый мир. И указывалось, где именно его искать.

Сборы много времени не заняли. Только то, что действительно необходимо и может пригодиться в дороге. Деньги, оружие, сменные вещи, припасы. Брать маминого пегаса я не стал. Дойду сам, по крайней мере, никто не сможет проследить мой путь.

К вечеру вчерашнего дня я уже был возле гор. Переночевав, с утра принялся за поиски, прочесывая местность, описанную в свитке, на предмет поиска прохода.

Но сегодняшний день прошел безрезультатно. Решив, что в надвигающейся темноте мне точно не найти проход, я подбил гуся и, нанизав его на толстую ветку, пристроил над костром, который пришлось разложить в специально вырытой для этого яме, чтобы не привлекать светом внимания из города. Пока птица готовилась, я сидел и мысленно прикидывал, где же может оказаться вход в тоннель сквозь горы.

Наконец запахло жареным мясом. Я встал, чтобы проверить готовность, как вдруг… в меня с визгом влетело какое-то существо и впечатало в землю, навалившись сверху.

Но и это не все. На это орущее нечто приземлилось еще какое-то животное и стало прыгать по нам, вбивая в грунт. Я ощутимо шибанулся спиной и крыльями о каменистую почву, но хуже было то, что тот, кто упал на меня, прижал одно крыло и, судя по ощущениям, выдрал оттуда немало перьев. Демоны, надеюсь, хоть кости целы останутся. Как некстати сейчас получить травму…

– Твою ж маму! – раздался охрипший женский голос, и тот, а точнее, та, что меня придавила, подняла голову, отплевываясь.

Ну точно, выдрала перья, демоны!

– Маму не трогай! – Я возмутился.

Вот мать не сметь оскорблять, за нее я любого порву.

Нежданная гостья вяло трепыхнулась в попытке слезть с меня, но ее зверь резвился на ее спине, и ей это никак не удавалось. Пришлось прийти на помощь, иначе эти двое размазали бы меня по земле тонким слоем. Сняв животное, я за шкирку приподнял эту женщину и помог сесть. Напротив меня, скорбно сморщив нос, сидела и потирала ушибленные части тела жутко растрепанная и чумазая худенькая девчонка. Судя по ее виду, она откуда-то долго катилась, так как вся ее странная одежда была облеплена мусором и землей, а в волосах запутались клочья паутины и веточки.

– Ты ангел? – Она, открыв рот, смотрела на меня.

Явно неместная, судя по ее виду. Одета в какие-то немыслимые грубые темно-синие штаны, обтягивающую короткую рубашку без пуговиц, а на ногах странная обувь с ребристой подошвой. Да и внешность… наши выглядят не так. Маленькая, худенькая, впрочем, за это ей спасибо, упади так любая из местных женщин, и я остался бы без крыла… О чем она там спрашивает? Ангел? А это еще кто?

– Я не знаю, кто такой ангел, но я не он.