Покинув колумбарий, она подошла к мини-вэну, заставив Леса и Энн, сидевших на передних сиденьях, прервать разговор. Отец без улыбки кивнул ей через запотевшее ветровое стекло, а Энн завела мотор.

Мак села в машину:

— Порядок, поехали.

Они молча тронулись, а Мак все смотрела в окно, расстроенная тем, что строчка букв, вырезанных на мраморе, может мало-помалу заменить некогда такие живые воспоминания о ее погибшей лучшей подруге. Время постепенно стирает из памяти воспоминания об умерших, даже если боль от их утраты еще свежа. Образы ее матери и Кэтрин неумолимо тускнели, дробились и становились неясными, подобно тому, как рассеиваются ночные видения при пробуждении. Они ускользали, словно тени, и она была больше не в силах их удерживать.

* * *Ручной багаж Макейди стоял у нее в ногах, в руке она держала посадочный талон. Подняв высокий ворот свитера до самого подбородка, она плотно запахнула пальто. Ее кожа все еще ощущала ледяной ветер, разбивавшийся о мраморную доску Кэтрин в колумбарии. Мак смутно осознавала, что некоторые прохожие в терминале аэропорта поглядывают на нее. Отец и Энн тоже смотрели на Мак, но их лица выражали скорее сочувствие, нежели любопытство.

— Не волнуйтесь, со мной все будет хорошо, — сказала она, подумав мельком, верит ли кто-нибудь, в том числе и она сама, в фальшивую самоуверенность этой фразы.

Высокие каблуки прибавляли ей роста, и глаза Мак оказались вровень с темно-голубыми глазами отца. Лес Вандеруолл в свои шестьдесят с хвостиком выглядел еще весьма привлекательно, несмотря на то что последние два года состарили его лет на десять. В настоящее время он сильно побледнел, так как страдал от обострения пептической язвы, что не вызывало удивления, учитывая предстоящее участие его дочери в процессе по делу об убийствах. Последние два года для них обоих были полны несчастья. Конечно, в этом не было ее вины, но Мак все же чувствовала себя каким-то образом ответственной за это. Одной только смерти Джейн было более чем достаточно. А тут еще этот случай.

Какой тревожный взгляд. Черт возьми, папа, не смотри на меня так.

— У тебя все сложится хорошо, Мак. На самом деле, у тебя все сложится даже лучше чем хорошо. Ты — одна из самых сильных молодых женщин, которых я знаю."

"Эти слова произнесла Энн Морган. Практикующий психолог изображала бравую улыбку, а ее достойный восхищения дух невозмутимости передавался окружающим. Маленькая и полная, с короткой модной стрижкой и теплыми карими глазами — обманчиво мягкая внешность скрывала острый интеллект и сильную волю. Одну руку она успокаивающим жестом опустила на ладонь Леса, замкнутого и напряженного. Близкие отношения между Лесом и Энн расцвели за последние несколько месяцев.