Он позволил себя обнять, хотя его тело невольно застыло, ощущая ее слишком близкое присутствие. Говорить он не мог. Оставалось надеяться, что скоро она его отпустит.

— Я так рада, что мы наконец вместе! — сказала женщина, сжимая его в объятиях.

— Я тоже, — ответил Эд, вновь задерживая дыхание.

— Ты говоришь очень громко, — заметила она и растерянно посмотрела на него.

Как страшно было видеть ее совсем близко, без спасительных разделяющих тюремных решеток.

Он указал на свои уши:

— В голове звенит. Хотя уже немного меньше.

— О милый, мне так жаль! — Еще одно объятие.

 — А это Роза. — Она ослабила хватку и указала на птичью клетку посреди комнаты. Крепкие руки Тюремщицы до омерзения сильно цеплялись за него. — Надеюсь, ты любишь птиц.

Птицы грязные. Мерзкие, грязные создания.

— Они прекрасны, — выдавил Эд.

— О любимый, мы совершили это! — вскричала она и снова обняла Брауна.

Глава 29

Энди попытался положить руку ей на плечо, но она отшатнулась. Детектив не знал, что еще сделать или сказать.

— Энджи, ты не должна все это делать сама.

— Нет! — крикнула она, слезы так и текли по ее щекам. Энджи Кассиматис рыдала у кухонного стола.

Рядом с ней остывал поднос с подгоревшей мусакой.[10] — Я могу.

Энди чувствовал свое полное бессилие. Чуть отойдя, он смотрел, как она старается вести себя так, будто ничего не произошло, а Джимми просто в очередной раз задержался на работе и скоро вернется домой.

— Энджи, чем я могу помочь? — донесся голос из соседней комнаты. Работал телевизор. Один из детей бегал кругами по гостиной. Малыш промелькнул в дверях и снова исчез."

"— Извини, — шептала Энджи, дрожащими руками подбирая кусочки мусаки и пытаясь разложить их по тарелкам, едва сдерживая истерические рыдания.

— Не плачь, Энджи, — уговаривал Энди. — Все в порядке. Все хорошо. Ты отлично справляешься.

Вошла Рина, мать Энджи, и ласково обняла ее:

— Как у нас дела? Энджи, детка, пойди к отцу, посиди с ним за столом. Я закончу. Салаты уже готовы. Пойдем.

— Мам? — позвал из соседней комнаты нетерпеливый голосок. Детишки ждали за столом ужина. Энди мало знал их. За все годы он виделся с ними всего несколько раз. Он отдавал себе отчет, что Джимми был не самым лучшим мужем. Он предоставил жене выполнять родительские обязанности, а большую часть времени проводил на работе, совсем как Энди, пока был женат.

Кассандра ушла от Энди, но Энджи была беззаветно предана мужу.

— А где папа? — спросил Крис. Он заглянул в комнату. Самый старший из детей, он доставал Энди до бедра. Голову Криса покрывали черные кудряшки, а глаза окружали длинные темные ресницы. Клео и Олимпия, видимо, были слишком малы, чтобы понять, почему их папа до сих пор не пришел домой.

— Крис, иди и сядь рядом с дедушкой! — Отец Энджи увел ребенка из кухни.