– Все рано или поздно проигрывают, – вдруг произнес мой куратор твердо и четко.

– Он прав, – подтвердил я.

– Проигрывают только идиоты! – торжествующе закричал победитель. – Такие вот, как вы!"

"– Хорош орать. – Я поморщился. – Вопрос за вопрос, согласен?

– А почему бы и нет? – снизошел он. – Начнем с того, когда, где и как до тебя доперло?..

Глава 49

Наверх вы, товарищи, все по местам

– Вот, собственно, и все, – сказал генерал и повел стволом снизу вверх. – Подъем!

Мы встали на ноги.

– А можно и я спрошу? – Сергеич потер грудь и виновато улыбнулся.

На месте Самойленко я открыл бы огонь прямо здесь и сейчас. Хотя откуда ему, дурню паркетному, знать, что обычно следует за этой улыбкой?

– Что с тобой, старый хрен, поделаешь, – отозвался он, так ничего и не поняв. – Валяй!

– Тебе ведь там хорошо платят? – Мой куратор ткнул пальцем туда, где, по его мнению, находился наш бывший вероятный противник, а ныне – стратегический партнер.

– Сейчас неплохо, – ответил генерал. – А поначалу были сущие крохи.

– Значит, деньжат у тебя на счетах достаточно, – упрямо гнул свою линию полковник.

 – Так скажи, какого черта ты до сих пор не свалил за большую соленую лужу?

– Идиот! – радостно воскликнул Самойленко. – Дебил! – Он даже хлопнул себя по ляжке. – Да через два года я…

– Накопишь достаточно? – предположил Сергеич. – И сколько же тебе надо?

– Клинический случай! – заявил триумфатор. – Через два года я стану начальником ГРУ! Знали бы вы, какие люди…

– Мы знаем, – тихо сказал Кандауров.

– Что?

– Все! – отозвался я. – Тоже мне, секрет.

– Да? – удивился генерал. – Ну, тогда, ребята, я вас больше не задерживаю. До встречи в другой жизни! – Он вскинул оба пистолета.

Мы с Сергеичем, сами того не желая, встали бок о бок и вполоборота, почти полностью повторив знаменитую работу скульптора Мухиной, ту самую, которая высится на проспекте Мира возле ВДНХ. Я, меньший по габаритам, изображал колхозницу, правда, без серпа.

– Огонь! – вдруг скомандовал Кандауров и захохотал как злодей из оперетты.

Щелк-щелк-щелк, пауза, опять щелк-щелк.

– Не получается, – с неподдельным участием отметил я. – А знаешь, дурачок, почему?

Холеное личико генерала вдруг перекосилось.

Он бросил стволы и полез в карман. Наверное, ему показалось, что это происходит очень быстро.

– Замри! – В руке у меня как бы сам по себе оказался пистолет. – И не дергайся! В тех пушках патроны неправильные, а в этой – самые настоящие. – Я протянул пистолет Сергеичу. – Подержи, пожалуйста.

– Щас! – Старый симулянт, чертов актер из погорелого театра, пулей, как юный кенгуру, рванул с места длинным прыжком.

Он подскочил к окаменевшему товарищу генералу и для начала засадил ему кулачищем в пузо.