Потому на еле передвигающихся ногах я побрела обратно.

Мне повезло, карета, в которой я приехала, все еще стояла во дворе, а кучер о чем-то оживленно разговаривал с мужчиной, мне не известным, что уже внушало надежду. Раз кучер не скрылся после моего крика «убивают!», значит, виновным себя не считает, а незнакомец опасений не внушал, потому что не видел моего бегства.

Но надежды, что о моем поступке никому не известно, рухнули, лишь только я подошла ближе к мужчинам.

– И как выбежит эта оглашенная, как заорет: «Убивают!» – рассказывал кучер.

Краснеть дальше было просто некуда. Зимняя шапка давно съехала на лоб, прикрывая мокрые и всклокоченные волосы, ворот я расстегнула, чтобы дышалось свободно, щеки от стыда полыхали свекольным цветом."

"– Может, ей сон дурной приснился? – предположил второй мужчина после того, как они с кучером закончили смеяться над моим подвигом.

– Просто у вас в карете под лавкой труп лежит, – недовольно буркнула я, подойдя к кучеру со спины.

Уточнять, что это труп моего мужа, я не стала. Кучер от изумления открыл рот и только моргал.

– Ты что несешь?

– Сами посмотрите, – с мрачным видом я показала широким жестом на почтовую карету.

– Нитас, сходи посмотри, что девчонка придумала, – посмеивался надо мной мужчина, собеседник кучера.

– Пошли, – грозно нахмурился кучер и направился к своей карете.

Резким движением широко распахнул дверцу и сделал жест, мол, смотри! Я подошла поближе и принюхалась: пахло, как обычно. Трупами точно не пахло, хотя я их ни разу не нюхала. Осмелев, я залезла в карету и присела на корточки перед лавкой, на которой ехала. Сапоги были на месте. Рассмотреть подробно не было возможности, остальное терялось в темноте.

– Вот вам, пожалуйста! – победно указала рукой на сапоги. – Труп!

Кучер отшатнулся, помянул Хариша, но вспомнил, что из нас двоих мужчина все-таки он, и полез в карету.

– Где? – просипел кучер.

– Вот же! – ткнула в сапоги.

– Так это же сапоги. Наверное, кто-то из пассажиров забыл, – начал было кучер.

Потом помолчал и предложил мне:

– Пощупай, может, нет там никого, внутри сапог.

– Еще чего! – возмутилась я.

Пусть в этих сапогах мой муж, но щупать его труп я отказываюсь категорически!

– Нужно чародеев вызывать, пусть расследуют, – внесла я предложение, лишь бы сапоги не щупать.

– А если нет там никого, а просто сапоги лежат? А ты вызовешь чародеев, так тебя по головке за это не погладят, – разбил мои доводы кучер.

– Не буду, – я упрямо отползла от лавки.

Карета от моего движения качнулась, и сапоги тоже, вызвав священный ужас у нас обоих. Мы с кучером переглянулись, и я прочитала в его глазах такую же панику, с которой вылетела из кареты, заливаясь криком «убивают». Справедливость восторжествовала! Я победно посмотрела на мужчину.