Кивнув сердобольной женщине, я проскользнула в палату и на цыпочках подошла к лежащему на кушетке декану, по пояс укрытому легким одеялом. Грудь его была сплошь усеяна рваными ранами, которые уже обработали и обложили исцеляющими артефактами. Бледное лицо Кристиана, покрытое царапинами и кровоподтёками, было неподвижно, словно восковая маска, губы, отливающие синевой, слегка приоткрыты, и изо рта время от времени вырывались тихие хрипы.

— Крис, — еле слышно прошептала я, аккуратно касаясь пальцами его побелевшей щеки. — Не знаю, слышишь ли ты… Спасибо за то, что боролся за меня и не оставил, даже когда я была под воздействием магии Реймана."

"Мой голос предательски дрогнул, заплаканные глаза нестерпимо зудели, раздражённые горькими солёными слезами. «Нет, так не пойдёт», — подумала я, — «возьми себя в руки, Дияника, ведёшь себя так, словно оплакиваешь мертвеца. Сомневаюсь, что Кристиан был бы рад видеть тебя в таком состоянии». Я нашла в себе силы улыбнуться.

— Завтра приедут твои родители, Крис. С такой мощной поддержкой ты быстро пойдёшь на поправку и, если позволишь, я тоже буду рядом. Великая Богиня, прошло так мало времени, а мне уже не хватает твоего вызывающего взгляда и требовательного «де Савеллина». Даже не думала, что когда-нибудь в этом признаюсь.

Тишину нарушил стук в дверь. Надо идти, возвращаются практиканты, а я бы не хотела, чтобы из-за моего эмоционального порыва ректор наказал ни в чём не повинных адептов. Осмелев, я оставила на чуть тёплых губах де Ареона невесомый поцелуй и прошептала: «Люблю тебя», а затем выскользнула обратно в коридор и поблагодарила добрую «великаншу». Завтра утром попрошу разрешения на посещение у ректора де Форнама. Вряд ли Алистер мне откажет.

Глава 48

Ректор де Форнам, к моему удивлению и недовольству, запретил мне посещение палаты декана. Мотивировал тем, что де Ареону и так несладко, а я лишь добавлю пациенту тревог и волнений.

На следующий день в Академию Дальстад приехали родители Кристиана. Возвращаясь с занятий, проходивших на участке с учебными захоронениями, я заглянула в лечебное крыло и увидела, как из его палаты выходит стройная светловолосая женщина с потухшим взглядом, внешне похожая скорее на его старшую сестру, чем на мать. Следом за ней вышел статный мужчина.

Столкнувшись с ними лицом к лицу, я низко поклонилась и представилась:

— Госпожа де Ареона, господин де Ареон, меня зовут Дияника де Савеллина.

Признаться, я ожидала в лучшем случае прохладного приёма, всё же, это из-за меня их сын снова чуть не попал за Грань Жизни, а теперь лежал за дверью в тяжёлом состоянии.