Не хочется, но именно что надо. Хотя с другой стороны, очень хочется узнать, что он сегодня делал на трибунах. Вряд ли, конечно, наблюдал исключительно за мной, но…

Приняла душ тоже в госпитале, благо тут были все блага цивилизации, переоделась в форму, сложив грязный и порванный спортивный костюм в сумку. Он на выброс, но я, как зачарователь, не привыкла оставлять свои вещи непонятно где. Мало ли что с ними могут сделать и кому они могут в руки попасть. Лучше уж выкинуть в общежитии, где стоит система переработки — как раз как защита от недобрых намерений.

Для зачарователей, артефакторов, проклятийников, демонологов чужие вещи могут представлять определенный и совершенно незаконный интерес. Так что в этом вопросе лучше перебдеть.

На пороге нужного кабинета, а был тот в центральном здании, а не на факультете, я появилась, опоздав на две минуты. Декан Сарентон был уже здесь и недовольно поджал губы при моем появлении. Правда, никак не прокомментировал.

— Прошу прощения, что заставила ждать, — извинилась я. Мне несложно, тем более что я действительно закопалась и опоздала по собственной оплошности.

— Как вы себя чувствуете? Вы не явились на остальные занятия.

— Нормально, решила отдохнуть в госпитале. Лечение артефактом отнимает много сил.

— Надеюсь, вы теперь понимаете, как важно делать все возможное, чтобы овладеть активной силой. Пока вы не можете даже поставить щит, а ваших клинков слишком мало, чтобы защититься от, допустим, преступников.

— Я и так это знала, — буркнула я, ощущая, как от злости мое лицо покрывается красными пятнами, жар заливает шею.

Можно подумать, я такая вот дурочка! Я всегда понимала, что мне будет тяжело работать без активной силы, не надо этим мне в нос тыкать.

— Вы это сегодня подстроили? — нахмурившись от только что пришедшей идеи, я подняла взгляд и посмотрела в глаза декану.

— Что подстроил? — спросил тот с любопытством."

"— Стихийные маги и природные ведьмаки во второй тройке. Против их дальнобойных атак у меня не было шансов, вы это знаете.

— У вас, похоже, разыгралась паранойя.

— Может, да, а может, и нет.

— Амелия, послушай, — мужчина опять перешел на ты. — Я не вчера родился и кое-как разбираюсь в людях.

Ты больше всего хотела обладать реальной силой, но, когда выяснилось, что она у тебя есть, ты успокоилась. Решала, что можно сбавить обороты и больше не стараться. Скажешь, не так?

Я перевела взгляд с декана на окно, в котором было видно только уже почти черное вечернее небо.

Неприятно, но в чем-то Сарентон прав. Я уже думала об этом — о том, что почему-то у меня не хватает мотивации забраться на вершину, когда до нее остаются сущие метры дистанции.