— Мы гуляли, я пирожное ей купила, — пожимаю покаянно плечами.

— Ну, купила и купила. Не трагедия.

— Мозно я не буду? — кладёт вилку Ариша.

— Ладно, беги…

Встречаемся взглядами.

— Будешь ""папе"" правду говорить? — подмигивает мне.

— Конечно… — смущаюсь я.

— Ночью ""дружить"" было приятно? — снижает голос.

От его низкого бархатного тембра, внезапно и неконтролируемо как цунами, обрушиваются все эмоции и ощущения наших ночных шалостей! Я помню как и что этот тембр шептал мне… Меня взрывает изнутри, бёдра сжимаются от короткой слепящей судороги. Задохнувшись, открываю рот, едва сдерживая стон.

Богдан вытирает губы салфеткой.

— Ну всё, подружка, я полетел, — поцелуй в макушку. — Не шалите здесь… Вернусь, пошалим вместе.

Обмахиваюсь руками, пытаясь прийти в себя.

Ну какой!..

Это будет ой как непросто, Синичкина…

Глава 15 — Подстава

Богдан

Богдан: ""Как у вас дела?""

Синичка: ""Хорошо. Мне сегодня вечером нужно будет уйти. ""

Богдан: ""Куда?""

Синичкина: ""Богдан Максимович… ""

Прямо слышу сочащееся осуждение. Уже несколько дней играем в снегурку — прохладная и не тает.

Богдан: ""Куда? Мало ли что. Я должен знать, откуда тебя эвакуировать.""

Синичкина: ""Если что я позвоню и скажу"".

Зараза!

И так всего трясёт от токсикоза. Она мне ещё тестостерона добавляет!

Богдан: ""Ты обещала ждать! ""

Синичкина: ""Я помню"".

Щелкаю чайником, чтобы первый раз за весь день выпить что-нибудь горячее.

— Касьянов, у нас ещё один труп.

— Мать их… Озверели они, что ли? Сгоняй, а?

— На твоей ""земле"". По распоряжению Лобова принимать должен закреплённый опер.

— Да помню я, — закатываю утомленно глаза, с тоской глядя на закипающий чайник. — Ты по прошлому упокоенному ""возбудился""?

— Неа. Не подписали.

— Почему?

— Только догадываться могу… Формально, недостаточно улик.

— А сам что думаешь?

— Там квартирка осталась неплохая. Если возбудить дело, наследники в права не вступят. Они хотят версию с естественной кончиной. Хотя судмедэксперт в заключении написал острая сердечная недостаточность, вызванная приёмом аналога клофелина. Передоз, короче. Но потом переиграл.

Стреляет взглядом наверх.

— Чью-то лапу позолотили.

— Я даже знаю чью, — многозначительно переглядываемся. — У тебя есть первое заключение эксперта?

— Есть…

Смотрю удрученно в окно. Что нам с ним делать?

— Собери первоначальную версию дела. В сейф положи. У меня там уже три таких.

— Ты их с какой-то целью собираешь?

— Пока не знаю.

Так и не попив чаю, еду на место, по дороге просматриваю сообщения.

Зараза ты, Синичка. Сложно тебе написать пару тёплых слов?

Телефон в руках вздрагивает.

Марина. Ну что ты каждый день названиваешь-то?!

Мне сильно неспокойно по поводу её звонков. Прямо теряю мир в сердце! И хочется швырнуть телефон об стену.