Мы вышли с Олей из палаты и она бодрым шагом направилась к сестринскому посту.

— Я хочу ознакомиться с медкартой и назначениями Котовой Екатерины! — прочеканила Оля, строгим взглядом смотря на медсестру.

— Но.

— Быстро. И кто её лечащий врач?! — подруга была зла, давно я её не видела в таком состоянии.

— Иван Геннадьевич, — проблеяла медсестра, протягивая ей карту. — Он в первом корпусе, кабинет шесть.

— Пошли. — это уже было адресовано мне, и мы направились на выход из здания. — Суки. Придурки. — листая страницы, ругалась она в голос. — Навыписывали херни всякой. Олени блять. Короче, я так понимаю тебе её показания нужны будут…

— Да.

— Но, в таком состоянии, в котором она сейчас с этими назначениями и в этом месте, она считается больной. Они ей блять, навыписывали как для буйной шизофренички и препараты и дозы, ещё месяц и девчонка овощем стала бы. Сейчас я этому Ване пиздюлей наваляю и через Олега вытащу её домой. Ей нужен психолог, витамины, родные люди рядом и лёгкие антидепрессанты, а не эта хрень. Контакты родителей её у тебя есть? — спросила она, тормознув на входе в нужный нам корпус, на что я согласно ей кивнула. — Заебись, сейчас поедим к ним, хочется посмотреть на них. Понять хочу, это они сами оформили её сюда или Никифоров ей это лечение прописал, чтобы она как в себя пришла, на сыночку его не накатала заяву. Я б ему сама яйца открутила.

Такая моя Оля, это гроза морей и океанов, так что неизвестному мне Ване я сейчас не завидовала. А через несколько минут мне и вовсе стало страшно за его жизнь.

— Да кто вы такая?! — возмущался он, сняв свои очки, которые запотели на его глазах, видимо от страха и протирал их о подол своего халата.

— Я профессор Маслова, а вы как я думаю, уже бывший лечащий врач Котовой! Значит так, с сегодняшнего дня её лечением занимаюсь я…

— Да, что вы?! Я сейчас позвоню…"

"— Нет, уж лучше давайте я. — она вытащила из кармана свой телефон и зайдя в журнал вызовов набрала номер. — Министру здравоохранения, — обозначила она абонента, — Вы не против?

Иван Геннадьевич побелел.

— Хорошо, хорошо. — замямлил он, смотря на неё умоляющим взглядом.

Оля отклонила вызов и подойдя к его столу взяла лист бумаги, написала размашистым подчерком название лекарств и положив его перед врачом выпрямилась.

— Вот назначение, завтра заеду проверю, пропуск постоянный пусть будет на охране. И не вздумайте разводить самодеятельность. — врач как болванчик закивал в ответ на её слова и мы вышли из кабинета.

— Теперь куда? — поинтересовалась я, когда мы въехали в город.

— Говори адрес родителей Кати, теперь их навестим. — обозначила она наши с ней планы.

Котовы были в шоке, подробностей о лечении дочери они не знали и буквально, готовы были нести нас с Олей на руках, до самой машины.