Он не станет сидеть сложа руки, зная, что баллон можно починить.

– Рен, давай за мной, – сказал Тревис. – А ты, Алекс, не смей трогать заложников. – Он схватил сообщника за грудки и спросил: – Ты меня слышал?

Алекс усмехнулся и кивнул.

– Идем, – сказал Рен.

Тревис ослабил хватку, но они с Алексом на несколько напряженных мгновений схлестнулись взглядами. Корабль опять застонал, завыла аварийная сирена. Тревис отпихнул подручного в сторону и вслед за Реном зашагал в камеру очистки.

Теперь у Тина появился шанс. Не обращая внимания на возражения Анджело, он вскочил и помчался в сторону кукурузного поля.

Когда его тюремщики сообразили, что мальчишка улизнул, тот уже пробирался среди стеблей кукурузы, которые были выше него. Сильвер и Лилли бросались на ограду загона, их утробный лай эхом разлетался по всему отсеку.

Справа на стене Тин заметил лестницу. То, что нужно, – по ней можно добраться до гелиевого баллона. Он бросил взгляд через плечо, споткнулся и упал.

– Эй, а куда девался пацан? – закричал Алекс.

Тин вскочил на ноги и рванул к лестнице, надеясь, что кукуруза его скроет.

– А ну вернись, засранец! – вопил Алекс.

Тин прыгнул на нижнюю ступеньку лестницы и вдруг услышал шум на противоположном конце галереи. Алекс тоже лез наверх, чтобы перехватить его раньше, чем он доберется до люка.

Тин стал подниматься быстрее, поднялся на галерею и наконец увидел люк, на котором было написано «Гелиевый баллон 21». Он находился на полпути между ним и Алексом. Тин помчался вперед, схватил круглое колесо, повернул его и толкнул. Дверь со скрипом открылась, за ней обнаружился темный тоннель.

– Не смей! – заорал Алекс.

Грохот шагов приближался, Тин юркнул внутрь.

На переборке висел шкафчик с аварийным набором инструментов, рядом виднелась панель системы связи. Тин хотел включить интерком и позвать на помощь, но на это не было времени. Придется все делать самому.

Он повернулся, чтобы закрыть люк, и увидел, что Алекс почти настиг его. Шарф с его рта сполз, из-под повязки на подбородке, в том месте, где его ударил Тревис, стекала струйка крови. В глазах застыла яростная решимость – так выглядят убийцы.

Тин захлопнул люк прямо перед безумным, покрытым шрамами лицом. Вокруг стало темно, он опустил запорную балку – в тот самый момент, когда услышал, как Алекс с той стороны схватился за колесо.

Тин помедлил, чтобы перевести дух и взять все необходимое. Каждый вдох обжигал легкие. Здесь, внутри, было градусов сто по Фаренгейту. Снаружи бесновался Алекс.

– Открой, сопляк! Открой немедленно! – Он молотил в дверь люка, но добраться до него не мог."

"Тин с облегчением вдохнул теплый воздух и попытался нашарить шкафчик в темноте. Пальцы скользнули по теплому металлу и громкоговорителям.