Расстояние от позиции до поста двести пятьдесят метров, как раз для «винтореза». После снятия часового можно переместить подгруппу ближе к перевалу и, форсировав реку, атаковать базу с западного фланга.

– А если без форсирования реки?

– Без форсирования можно из гранатометов уничтожить два-три фланговых дома, далее вести обстрел кишлака.

– Я тебя понял. Как насчет минно-взрывных заграждений с западного направления?

– Отсутствуют.

– Добро. Продолжай наблюдение.

– У вас что, Первый?

– Нормально. С фронтальным постом проблем не возникнет, а вот дальше… дальше будем думать, как развернуть наступление.

– Понял. Отбой.

В 23.35 на связь вышел полковник Дак:

– Я – «Ирбис». В радиусе пятисот метров от нашего настоящего местонахождения прибор «Поиск» минно-взрывных заграждений не фиксирует.

– Отлично! Какое расстояние от вас до восточного поста?

– По дальномеру триста шесть метров. От поста до развалин – сто четыре метра, и от поста до дома главаря банды – четыреста пятьдесят шесть метров.

– Есть возможность снять часового без применения огнестрельного оружия?

– Трудно сказать. Если только обойти пост с севера, вдоль подножия перевала… Но это очень рискованно.

– У «духа» на посту обширный сектор наблюдения. Какой его части он уделяет наибольшее внимание?

– Юго-восточной. Но периодически осматривает через бинокль весь сектор.

– Какова периодичность осмотра?

– Этого сказать не могу. Мало времени мы его наблюдаем.

– Продолжай наблюдение. Я начинаю выдвижение к вам. При входе в овраг свяжусь с тобой.

– Принял!

Отключив радиостанцию, Тимохин вложил ее в чехол на груди, поверх бронекостюма. Шепель удивленно смотрел на Александра:

– Ты хочешь сказать, что мы пойдем к Даку?

– Почему нет? Погода хорошая, не жарко, безветренно…

– На хрена, Сань?

– У нас сколько «винторезов», Миша?

– Два.

– Два… А снимать без шума предстоит часовых трех постов. Следовательно, что? То, что одного из «духов» придется валить ножом. А для этого надо выйти на сам пост. Или хотя бы сблизиться с ним на расстояние метания ножа.

– А что сказал Дак насчет возможности сближения с восточным постом?

– Джон сказал, что подойти к нему можно, прижимаясь к перевалу, но это слишком рискованно. Насколько рискованно, мы с тобой и проверим.

– Не забыл. А почему для снятия часового в контакте ты выбрал восточный пост?

– Потому что, по докладу Соловьева, к западному подобраться гораздо сложнее. Ну, а к фронтальному, передовому, сдвоенному, – невозможно.

– Тогда на какой хрен ты брал в разведку американцев, если мы работаем по всем направлениям? Запустил бы наших ребят, они и без нас все сделали бы…

– Конечно, сделали бы, но мы не могли оставить в стороне наших коллег.