Майкл постоял еще немного, пытаясь найти его в шевелящейся толпе — но сам понимал, что уже не найдет.

Он страшно скучал — но то, что он обрел, уже было лучше, чем ничего. Лучше, чем молчание Джеймса на протяжении почти полутора лет.

Была какая-то издевка в том, что ему приходилось постоянно довольствоваться малым. Не тем, чем хотелось. Соглашаться на синицу в руках, отпуская журавля в небо. Но, может, получить все сразу он и не мог. Сейчас у него был Джеймс. Пусть даже в эту конкретную минуту он был не с ним — они были вместе. Пусть так, пусть на разных континентах, пусть врозь.

Так лучше, чем вовсе не быть с ним.

Он ведь может делать не по три-четыре фильма за год, а по два. По одному. Выбирать интересные проекты — теперь он мог выбирать. Теперь у него предложений было больше, чем когда-либо. Теперь его готовы были ждать, что бы там ни говорил Зак. Он больше не обязан был поднимать себе популярность слухами о своей личной жизни. Мало ли звезд, которые не афишируют свои семьи?.. У него теперь было имя. Его знали и помнили без постоянных сплетен о том, с кем он спит.

Кто-то толкнул его локтем, и он очнулся — в двери аэропорта вливалась толпа туристов из двух автобусов.

Он вышел на улицу, отправился к парковке. На ходу в кармане завибрировал телефон — Дакота.

— Майкл, — тоном, не терпящим возражений, сказала она, и отчетливо шмыгнула носом, — нам надо поговорить.

— Что случилось? — с беспокойством спросил тот.

— Я в больнице, приезжай, как только сможешь.

— Что случилось? — не на шутку испугался он. — Ты в порядке?

— Да, — она резко шмыгнула носом еще раз.

— Что-то с Браном?..

— Ларри избил одну из моих девочек, — твердым голосом, в котором явно слышались слезы ярости, сказала она.

 — Мне нужна твоя помощь.

Майкл выдохнул, потер лоб.

— Так. Хорошо. Я сейчас приеду, где ты?

Он быстрым шагом дошел до Анны-Лисы, распахнул дверцу.

— Я не дам этому ублюдку ходить по земле, — жестко сказала Дакота. — Он сломал Кристе челюсть! Ты бы видел ее синяки!..

— Господи, какой урод. Вы уже обратились в полицию?

— Какая полиция, Майкл! — воскликнула та. — Она проститутка, дело даже не дойдет до суда! Невозможно доказать насилие над девочкой из эскорта.

— Чем я могу помочь?

— Я хочу, чтобы об этом заговорили, — сказала Дакота.

 — О том, что он делает. Его нужно остановить.

— Как?"

"— Помоги мне найти тех, кто заговорит. Попроси выступить против него. Поодиночке их никто никогда не слушал, но если их будет много — кому-то придется обратить на это внимание. Я в курсе, что на нас с Кристой всем плевать. Но он заставляет ложиться под себя всех, кого видит. Актрис, моделей — на кого падает глаз. И все это знают. И все молчат.

Майкл сел, побарабанил пальцами по рулю.

— Ты сам был под ним, ты знаешь, как это работает.