Я хочу продолжать с ним общаться, и это условие не обсуждается, нравится оно тебе или нет.

— Ладно, — сказал Майкл. — Я не против. Мы с ним тоже немного пообщались, пока тебя не было. Он нормальный.

Джеймс удивленно взглянул ему в лицо.

— Мы поддерживали друг друга, вроде как, — сказал Майкл, смущаясь от его взгляда. — Я ничего не имею против.

— Поддерживали?..

— Ага, — Майкл не удержался, добавил смущения.

— Скажи, что ты с ним не спал!.. — дрогнувшим голосом потребовал Джеймс.

— Ну, я приезжал к нему один раз…

— Что?!

Майкл не смог играть дальше — рассмеялся.

— Да я приезжал по делу!.

. Просто переночевал у него, и все, ничего тако… Эй!..

Джеймс схватил диванную подушку и ударил его, Майкл едва успел закрыться руками.

— Ты!.. Не смей так шутить!..

Майкл, хохоча, уворачивался от ударов, Джеймс с нервным смехом лупил его подушкой, попадая по плечам и по голове

— Никогда! Никогда не смей так шутить!

Майкл опрокинулся на диван, Джеймс оказался сверху, гневный, смеющийся.

— А я так больше и не смогу — Винсент у тебя был только один!

Майкл выхватил у него подушку. Джеймс, все еще смеясь, упал на него, шутливо ткнул кулаком в челюсть.

Потом глубоко вздохнул, улегся ему на плечо. Майкл сцепил руки у него за спиной, прижимая к себе. Потом погладил, поворошил волосы. Скользнул кончиками пальцев по аккуратной щетине вдоль щеки.

— Тебе идет, — негромко сказал он. — Оставь.

Джеймс тихо угукнул.

— Поживи тут хотя бы немного, — попросил Майкл. — Давай хоть привыкнем…

Он остановился, не зная, как продолжить. Джеймс упал ему в руки так внезапно, что вместо ослепляющего счастья и уверенности в том, что теперь все само по себе наладится, он чувствовал страх и растерянность.

— Ты веришь, что у нас получится?.. — спросил Майкл, пристраивая под голову отобранную подушку.

Джеймс незнакомым жестом прочесал бородку ногтями от уха до подбородка.

— Я верю, что справлюсь, если у нас не получится, — сказал он, поднимая голову, чтобы посмотреть в глаза. — Я не знаю, Майкл. Честно. Я не знаю, что выйдет.

Глядя на него, Майкл чувствовал, как из тела медленно уходит оцепенелая оторопь. Он еще не успел ни поверить, ни понадеяться — но вот, Джеймс был здесь, с ним, сейчас, и у них был шанс. Еще один. Сделать все по-другому.

— Почему ты не отвечал? — спросил он.

 — Я столько писал тебе.

— Я все видел, — сказал Джеймс, разглядывая его лицо. — Я все смотрел, и следил за съемками — спасибо, что не бросал писать! Я не отвечал, потому что знал, что нельзя. Я был зависим от тебя. Если бы ты позвал, если бы я просто услышал твой голос — я знал, что не удержусь. Брошу все и прилечу к тебе. Я не хотел этого так. Я хотел прийти к тебе трезво. Прости, что молчал. Прости, что мучил тебя. Мне за столькое надо перед тобой извиниться…

— Тебе? — изумился Майкл.