– Она приходила?

– Нет, конечно. Твоя мать развлекается, она звонила мне. Но, Мишель, послушай. Сейчас всё у вас хорошо, как я могу видеть. И ты влюблена в него, и он, надеюсь, тоже оценил тебя по достоинству. Но помни одну вещь – у тебя есть дом, у тебя есть место, где ты можешь спрятаться. Оно должно быть у каждого человека. И если что-то пойдёт не так, то, не думая, поезжай домой. Поняла меня?

– Папа…"

"– Обещай мне, если ты почувствуешь опасность… я не могу объяснить всего, но всё же, каким бы хорошим ни был Николас Холд, он имеет тёмное прошлое.

И оно может вернуться в самый неподходящий момент, то спрячься. Обещай мне, – папа берёт меня за руку, и я киваю.

– Хорошо, – произношу я, хотя знаю, что все его опасения беспочвенны, продиктованы воспоминаниями об обманщиках и их фактах.

– А теперь иди, мне нужно отдохнуть, – он отпускает мою руку, откидываясь на подушки.

– Пока, – я встаю с постели и иду к двери.

– Мишель, – зовёт он меня, и я оборачиваюсь.

– Я люблю тебя, доченька, люблю больше всех и верю только тебе. Но не обмани саму себя, как это сделал я. Я горд, что ты выросла такой, как ни старался сделать из тебя мою куколку, ты имеешь стержень.

Не позволяй никому сломить его, – меня останавливают его слова, и я хмурюсь, смотря, как глаза отца наполняются слезами печали.

– Папа…

– Уходи, Мишель, – он закрывает глаза, показывая мне, что разговор окончен.

Мне ничего не остаётся, как выйти из палаты и спуститься вниз, а оттуда подойти к Нику, стоящему у машины.

– Всё хорошо? – Спрашивает он.

– Да, спасибо тебе. Спасибо за то, что ты облегчил ему жизнь. Ник, у меня такое ощущение, что скоро я его потеряю.

Не знаю почему, но в душе, как будто образовывается пустота на его месте, – делюсь я с ним, и из моих глаз скатывается слеза.

– Не говори глупости, ты просто слишком эмоционально воспринимаешь антураж больницы. С ним всё будет хорошо, как и с тобой. А сейчас поехали, мне бы хотелось немного погулять со Штормом и тобой. Построить планы на выходные, и, возможно, мы вернёмся в Монреаль, чтобы ты всё же попробовала шоколад, – Ник ласково поглаживает меня по волосам, успокаивая моё сердце, и я киваю, забираясь в машину.

Но всё же, неприятный осадок остаётся в груди, и я прижимаюсь к Нику, чтобы стереть его. Я не могу выразить, насколько восхищена им, а только могу слышать его ровное сердцебиение и расслабляться.

Машина останавливается у ворот, и мы выходим из неё. Ник отдаёт приказ Майклу, что он не нужен на сегодня.

– Пройдёмся? – Предлагает он, и я киваю.

Ник обнимает меня за талию, идя по тротуару, как неожиданно останавливается.

– Вот же чёрт, – произносит он и жмурится, а я удивлённо поднимаю голову.