Без звука упали на ковер торопливо сброшенные одежды. При виде гладкой загорелой кожи и тугих мускулов Лара невольно вспомнила дряблое тело Шона Макаллистера. В следующее мгновение оба оказались на постели. Прикосновения пальцев Райана, его требовательного языка заставили Лару стонать от счастья. О небо, как же долго она была лишена этого!

Потом, изнурив себя неистовым актом, оба блаженно затихли. Чуть приподнявшись на локте, Райан негромко произнес:

– Ты – чудо.

– Ты – тоже, – шепотом откликнулась Лара.

Такой умиротворенной радости она не испытывала никогда. Райан стал для нее всем.

Понимающий ее с полуслова, трогательно чуткий, говорящий с ней на одном языке. Чего от жизни можно желать еще?

Он стиснул ее ладошку.

– Я голоден.

– Не ты один. Пойду приготовлю пару сандвичей.

– Завтра мы все-таки поужинаем. По-настоящему.

Лара положила голову ему на грудь.

– Не сомневайся.

* * *Утром Лара отправилась на строительную площадку. Высоко над землей на лесах стоял Райан, бросая краткие команды подчиненным. Когда Лара подошла к подъемнику, управлявший им рабочий с ухмылкой произнес:

– Доброе утро, мисс Камерон!

В голосе его прозвучала развязная, похожая на приглашение нота.

Мимо прошел другой:

– Доброе утро, мисс Камерон!

Мужчины обменялись понимающим взглядом.

Трое монтажников из-под пластиковых касок смотрели на Лару во все глаза.

– Доброе утро, босс!

Она незаметно оглянулась по сторонам. Тут и там стояли группы рабочих, кое-кто усмехался в открытую, некоторые перемигивались.

Лицо ее стало пунцовым. Ступив в кабину подъемника, Лара поднялась на этаж, где по бетонной опалубке деловито расхаживал Райан. При виде молодой женщины лицо его просияло.

– Мое почтение, дорогая! Во сколько сегодня ужин?

– Обойдешься, – с презрением процедила она сквозь зубы. – Ты уволен.

* * *Каждый новый проект Лара воспринимала как брошенный ей вызов. Ее люди строили скромные офисы, площадь которых не превышала пяти тысяч квадратных футов, возводили впечатляющие бизнес-центры и современные гостиницы. Но вне зависимости от характера очередного объекта главным для Лары было его местоположение.

Билл Роджерс говорил правду. Место, местоположение, позиция.

Империя ширилась. Лару уже давно признали отцы города, публика, пресса.

В глазах общества она стала фигурой знаковой: на благотворительных вечерах, в музее, в опере за ее спиной тянулась свита фотографов и телерепортеров. Теперь Лара уже не чуралась выходов в свет. Выстроенные ею здания мгновенно получали высочайшую оценку не только обывателей, но и специалистов, и все же этого было мало. В глубине души Лара ждала чего-то большего, ей казалось: еще немного, и распахнется дверь, выйдет волшебник, коснется ее своим магическим жезлом – и мир замрет в восхищении.