К концу недели Лара поняла, что судьба сделала ей настоящий подарок. Мэриан оказалась добросовестным, хватавшим все на лету энергичным работником. Обе женщины быстро привыкли друг к другу. Первую половину дня Лара обычно проводила дома, а после обеда отправлялась в офис.

По утрам супруги завтракали, затем Филипп садился за рояль и три-четыре часа без устали разминал пальцы – пока Лара диктовала секретарше письма. Иногда по просьбе Лары он играл старинные шотландские напевы: «Малышка Энни», «Поле ржи», «Холмы у дома». Временами муж и жена даже пели.

Перед отъездом Лары в офис они вместе обедали.

– Расскажи мне о жизни в Глэйс-Бэй, – говорил Филипп.

– О, тогда запасись терпением минут хотя бы на пять, – смеялась Лара.

– Нет, серьезно.

Она вспоминала пансионат, но не могла заставить себя произнести хотя бы слово об отце. Она поведала супругу о Чарлзе Коэне, и Филипп заметил:

– Тебе повезло. Я был бы рад с ним встретиться.

– Встретишься.

Она даже не утаила историю с Шоном Макаллистером. Кулак Филиппа с размаху опустился на стол.

– Этот подонок заслуживает смерти! – Придвинувшись ближе, Филипп обнял Лару.

 – Больше тебя никто не посмеет обидеть.

* * *Муж готовился к выступлению. Сидя в кабинете, Лара слышала раз за разом повторявшиеся аккорды – медленно, чуть быстрее, очень быстро – до того момента, пока гармоничные созвучия не слились в единую музыкальную фразу.

* * *Поначалу Лара заходила в студию и без всякой задней мысли обращалась к поглощенному музыкой Филиппу:

– Милый, друзья зовут нас в субботу на Лонг-Айленд. Поедем?

Или:

– Мне принесли два билета на новую пьесу Нила Саймона.

Или:

– Говард приглашает нас на ужин.

Филипп хранил стоическую выдержку, но однажды сорвался.

– Лара, заклинаю, не беспокой меня во время игры! Концентрация уходит!

– Прости. Не понимаю, к чему эти каждодневные тренировки? Ведь ты пока не выступаешь.

– Тренировка дает мне возможность выступать. Видишь ли, когда ты строишь дом и обнаруживаешь где-то недочет, у тебя еще остается шанс устранить его. Корректируется чертеж, вносятся изменения в схему электропроводки, и дом продолжает расти.

С музыкой не так. Второй попытки там не существует. Когда я выхожу на сцену, каждая нота должна звучать идеально.

– Ясно, милый. Еще раз прости.

Филипп встал, заключил ее в объятия.

– Есть старая притча. По Пятой авеню идет мужчина с виолончелью, посматривает по сторонам – заблудился. Он останавливает прохожего: сэр, как попасть в «Карнеги-холл»? И слышит ответ: практикой, сэр. Долгой практикой.

Лара рассмеялась:

– Продолжай, продолжай. Я ушла.