Тем не менее этим обязательно следует заняться, как только мы вернемся домой. Как бы мне хотелось, чтобы принц отправился в плавание с кругом из шести хорошо обученных магов… А нас лишь пятеро, если считать самого принца.

– Четверо, ведь мы собираемся оставить лорда Голдена, – заметил я.

– Да, четверо, – кисло согласился Чейд.

Он посмотрел на меня, и непроизнесенное имя Неттл повисло между нами. Потом, словно для себя, Чейд добавил:

– Сейчас нет времени для подготовки новых людей. Откровенно говоря, его не хватает даже для обучения тех, кто у нас есть.

Я прервал Чейда прежде, чем он успел высказать недовольство собой.

– Со временем у тебя все получится, Чейд. Я убежден, что торопиться нельзя. Вот, например, фехтовальщику ведь мало одного только желания, чтобы начать сражаться лучше. Необходимы постоянные тренировки – результат появится потом. Терпение, Чейд. Относись спокойнее к себе и к нам.

Чейд до сих пор не слышал остальных, если не находился в физическом контакте с кем-то из нас. Он ощущал, когда Олух начинал использовать Силу, но, подобно гудению пчелы над ухом, смысла Чейд не улавливал. Я не знал, почему нам не удается пробиться к нему, как и не понимал причин, по которым Чейд не в силах обратиться к нам. Он владел магией. Мое исцеление и возвращение шрамов доказывало, что в определенной области у него огромный талант. Но Чейд всегда был человеком, снедаемым тщеславием, и я знал, что он не успокоится до тех пор, пока полностью не овладеет всеми возможностями Силы.

Мои попытки успокоить Чейда привели лишь к тому, что его мысли потекли по новому руслу.

– Может быть, ты предпочел бы топор? – неожиданно спросил он.

Я удивленно уставился на него, но потом понял.

– Прошло много лет с тех пор, как я брал в руки боевой топор, – ответил я. – Наверное, можно немного потренироваться перед отплытием. Но ты же сам сказал, что путешествие получится долгим и скучным. Да и с кем мы там будет сражаться?

– Все равно. Возможно, топор будет удобнее меча, если дракон окажется закованным в лед. Завтра первым делом попрошу главного оружейника подыскать тебе подходящий топор. – Он склонил голову набок и улыбнулся. Я успел хорошо изучить эту улыбку, поэтому был готов к следующим словам. – Ты будешь заниматься со Свифтом не только письмом, чтением и счетом, но и обращением с оружием. В нашей школе ему скучно, поскольку Баррич многому успел его научить. А со старшими детьми он робеет. Кетриккен решила, что ему нужен собственный наставник. Она выбрала тебя.

– Но почему? – возмутился я."

"То, что я увидел на уроках Уэба, не слишком меня вдохновило. Свифт оказался мрачным серьезным ребенком, который даже не улыбался, когда другие дети покатывались от хохота. Он мало говорил и молча смотрел на мир черными глазами Баррича.