Все оборудование не просто новехонькое, а заграничное, ни вещицы отечественной нет: увеличитель, глянцеватели, релешки для кадрирования, кое-что еще трофейное, «спасенное» (иначе говоря, отмародеренное) из разбитого прямым попаданием советской артиллерии отделения гестапо – не пропадать же добру.

Полазав по закромам и позадавав вопросы, показывающие не просто великолепное знание предмета, но и страсть к фотоделу, славный Саша вдруг спохватился, сконфузился.

– Как будто в рай попал, – смущаясь, пояснил он. – А вот Сергей Робертович сказал, что у вас собраны фото всех ваших… извините, клиентов. Завсегдатаев то есть.

Александр Осипович удивился:

– Ну а как же, конечно. Посетители моего, с позволения сказать, заведения чаще всего так и приходят: сначала на пляже, запечатлеть свои малохудожественные образы, потом, как правило, разговоры переходят на специфические достопримечательности – где тут в картишки поиграть, где с дамским полом можно пообщаться, а там и о притоне разговор заходит.

– Понимаю…

– Вас, Саша… ничего, я так запросто?

Парень охотно разрешил так называть.

– Вас кто-то конкретный интересует? Я почему спрашиваю: вы же понимаете, их за годы накопилось столько, и не все в виде готовых фото, многие личности только в виде негатива…

– Хотите, попробую его описать, – предложил парень, – может, вы и сами сообразите?

– Почему бы и нет? Приступайте.

Сосредоточившись, лейтенант Саша начал:

– Среднего роста, блондин или шатен. В общем, светлые волосы. Одет аккуратно. Производит приятное впечатление, как ученый или сотрудник органов…

– Отлично сказано, – одобрил Майер, чуть улыбаясь.

– Возможно, плохо видит, – покраснев, продолжил он, – потому что растягивает веко, присматриваясь.

– Ах, этот! Так бы и сказали, – фотограф, открыв шкаф, пробежался пальцами по конвертам, – скорее всего, вот этот.

Он выложил на стол конверт, на котором было аккуратно выведено: «О. Перышкин, „Нефтяник”». Лейтенант, открыв его, уставился с сомнением:

– Вы уверены, Александр Осипович?

– А, вам тоже показалось? – подхватил Майер. – Да, лицо такое, что хоть сейчас на плакат «Не хватайся за оголенный провод». Примерный юноша. Ничего плохого о нем сказать не могу: воспитанный, тихий, не буянит, даже если выпивает. И тем не менее постоянный клиент, наведывается пусть и нечасто, но вполне регулярно. Играет разумно, редко когда срывается.

– Как вы сами полагаете, кто он – отдыхающий или все-таки преступник? – спросил Саша и тотчас смутился. – Вы простите, я по-хамски, но у вас ведь опыт, глаз наметанный.

– Не извиняйтесь, – разрешил фотограф, – дело есть дело. Я бы сказал так: лицо, способное на асоциальное поведение, но утверждать, что он преступник, не рискну.