За столько лет было так много возможностей, когда я могла просто убить этого человека во сне, но тогда я была хорошей девочкой. Играла по правилам общества. И я не хотела опускаться так низко, как он. Но теперь уже слишком поздно. Дядя знает, что я ненавижу его, что я давно ненавижу его за убийство моих родителей. Он также знает о моей связи с федералами, что не сулит мне ничего хорошего.

Я в беде, но не на свободе. Я отказываюсь. Чего бы мне это ни стоило, чтобы убить дядю, я сделаю это или умру, пытаясь.

В двери звякает замок, и впервые за много дней дверь открывается, на пороге стоит Хорхе.

— А, это моя будущая невеста.

Я вздрогнула от его слов. Я решила, что он сказал это, чтобы напугать меня, ведь и он, и мой дядя должны знать, что нет ничего страшнее, чем мысль о браке с этим чудовищем. Но я не удостоила его ответом. Вместо этого я отворачиваюсь от него, плюхаюсь на матрас у стены.

— Я так не думаю. — Раздается его невеселый смех, и он заходит в комнату. Сильный удар по ногам заставляет меня хрюкнуть и свернуться в клубок, в попытке защититься.

— Вставай, — требует он.

Когда желчь поднимается у меня в горле, я поворачиваюсь к нему лицом: его красивое лицо всегда казалось мне маской, скрывающей демона внутри. И тут я замечаю белое платье, зажатое в одной из его рук.

— Что это? — спросила я с паникой в голосе.

— Твое свадебное платье. Хотя я не думаю, что белый цвет уместен сейчас, когда мы знаем, что ты трахалась с Даниилом Козловым десятью способами до следующего воскресенья, — усмехается он. — Но не волнуйся, красавица, я буду трахать тебя так долго и жестко, что ты забудешь о существовании этого человека.

Он хватает меня за волосы и поднимает с матраса. По моему лицу уже текут слезы, мое отвращение очевидно. Я пыталась и не смогла заставить его поверить в то, что я могу хотеть его. Не знаю, есть ли у меня силы, чтобы пытаться дальше. Он все равно не поверит.

Он злобно притягивает меня к себе, глубоко вдыхая воздух в мою шею. Как вампир, ищущий свою добычу.

— Сегодня мы поженимся, а потом я вгоню в тебя ребенка. Настоящего наследника Моралеса, даже если твоя шлюха-мать была предательницей. А после того, как ты дашь мне то, что я хочу, я выпотрошу тебя от конца до конца, потому что ты лживая, обманчивая сука.

Мое тело неконтролируемо трясется. Содержимое моего желудка поднимается вверх, и я извергаюсь на его ботинки, прежде чем успеваю остановить себя."

"— Ты, идиотка, посмотри, что ты наделала! — Он тащит меня из комнаты, его руки все еще крепко сжимают мои волосы. Пройдя по промозглому коридору, он тащит меня вверх по лестнице, потом еще по одной, пока мы не оказываемся где-то на втором этаже грандиозного поместья.