Потому я накрыл группу собравшихся смертных барьером, прикрывая всех от воды. Не слишком удобно работать с раненым, если тебя постоянно заливает дождём.

Солнце Аматэрасу слегка сместилось в сторону, реагируя на мои движения и сначала взгляд Натальи Волконской обратился именно на него. Только после этого она перевела его на моё лицо.

— Можешь ей помочь?

А она ведь и правда любит свою внучку. В голове старой и опытной Одарённой наверняка кружилась масса иных вопросов, но в первую очередь она заговорила о здоровье Анны.

Я опустил взгляд вниз, наблюдая за работой гвардейца.

Тот раз за разом пускал в дело целебные плетения, но результата это не давало — добрая половина силы бесполезно расплёскивалась в пространстве, а то, что впитывалось в тело девы, не срабатывало так, как требуется — заложенный в оттиск логический алгоритм отказывался выполняться.

Помимо этого, имелась ещё одна, более серьёзная проблема. Энергетический каркас княжны был повреждён и она прямо сейчас теряла силу. Та выплывала наружу, почти сразу рассеиваясь. И судя по тому, как болезненно пульсировала ядра Анны, её организм воспринимал подобное не слишком позитивно.

Хотя, сломанные в нескольких местах ноги, скорее всего тоже играли свою роль. Всё же тела смертных слишко хрупки.

Я тронул гвардейца за плечо.

— Отойди.

Опустившись на одно колено во влажную грязь, что чавкнула под моим весом, ещё раз прошёлся взглядом по девушке. Созданное мной небольшое солнце изменяло плотность концентрации в воздухе чуждой силы и снимало большую часть давления. Но не убирало специфику этого места полностью.

Потому, перед тем, как приступить к лечению, пришлось окружить Анну своего рода кольчугой.

Мощной полноценной защитой, которая прикрывала от воздействия окружающей среды. И только после этого влить в её тело божественной силы.

Безусловно, убрать эффект внешнего воздействия на все сто процентов у меня не вышло. Но в сочетании с применением энергии «искры», этот приём сработал. За первые несколько секунд мне удалось восстановить целостность её каркаса, а когда спустя ещё пятнадцать, я поднялся на ноги, все конечности и кости девы были снова цельными. Да и рваных ран на теле тоже не осталось.

Наталья глянула на меня с благодарностью и оттенком подозрительности. Видимо не совсем понимала, как у меня это вышло. А рядом прозвучал мощный мужской голос.

— Где мы? Что вообще происходит?

Чуть повернув голову, я столкнулся взглядом с князем Ладимиром Волконским. Сейчас патриций был испачкан в грязи и крови, к тому же не понимал, где именно находится. Отчего был весьма мрачен.

Взмывший наверх Сандал показал мне картинку. Сначала обычным зрением, которое оказалось почти бесполезно.