Бросаю осторожный взгляд на мужчину, который продолжает гнать машину, и понимаю, что, в принципе, он такой же заложник ситуации, как и я.

Не понимаю, почему Альберт Генрихович решил устроить мне с его внуком такую невыносимую сделку длиною в пять лет.

Так странно.

Еще секундами ранее я готова была впасть в истерику, бить ногами и требовать, чтобы 'Игнат отпустил меня, а сейчас.

Одно слово, взгляд, завуалированная угроза.

Юсупов сказал, что мне будет очень больно морально, не физически. Женщин, видите ли, не бьет, но может доставить страшные муки, ударяя по самому болезненному, по людям, которых люблю.

Мерзко. Жестко. Дико и безумно. Но в то же время сделает. Я чувствую это.

Смотрю на профиль мужчины и понять не могу, как мы выберемся из этой трясины.

Игнат ведет машину агрессивно, подрезает другие автомобили.

Мы доезжаем до его огромного дома, паркуемся и я не жду своего будущего мужа.

Выхожу, хлопнув дверью, и иду в спальню.

Убегаю вообще-то. И от него, и от своих чувств и эмоций. Мне нужно время, чтобы прийти в себя, чтобы понять себя.

Стоит двери захлопнуться за моей спиной, как я делаю несколько шагов и буквально валюсь на кровать, начинаю плакать, рыдаю просто.

Истерика накрывает. Странно, что я столько времени вообще продержалась. Я чувствую себя безвольной пленницей. Лежу на кровати и не шевелюсь, смотрю в окно и наблюдаю за тем, как солнце садится.

Ко мне в комнату никто не приходит, никто не стучится, не тревожит меня, а я все в окно смотрю и смотрю, все жду, что сейчас проснусь и посмеюсь тому, что мне привиделось.

В какой-то момент слышу, как паркуется автомобиль.

Меня будто укачивает и уносит в сон.

Некая поверхностная дрема, сквозь которую мне кажется, что я слышу грохот битого стекла, а затем хлопок.

Силюсь распахнуть веки, но не получается, сон не отпускает. Сколько проходит времени, не знаю.

Щелчок двери воспринимается подобно раскату грома. Будто взрыв и я сразу же встаю, обращаю взгляд на мужчину, который проходит в мою спальню.

Без пиджака и галстука. Рукава сорочки закатаны и... волосы взъерошены.. В руках бокал с коричневой жидкостью.

Мне вдруг кажется, что Игнат пьян...

Я замираю и пячусь под прицельным и злым взглядом.

— Нам надо обсудить стратегию дальнейших действий, — совершенно спокойно заявляет мужчина и я на мгновение теряюсь.

— Что? - переспрашиваю.

— Поговорить, говорю, нужно мне с тобой и обговорить, как и что мы будем делать, как будем сосуществовать в ближайшие пять лет. То, что ты станешь моей женой — вопрос решенный, теперь надо понять, как быть со всем остальным.

Морщится, явно не нравится самому то, что приходится что-то со мной обсуждать. А во мне вдруг злорадство просыпается. Как-то чувствую, что Юсупову сейчас, возможно, гораздо хуже, чем мне. Ведь у него невеста.

И я.