Теряясь под его пристальным взглядом, я взяла вилку и угрюмо ковырнула салат. От волнения и ощущения неизвестности аппетит совсем пропал."

"— Почему ты не ешь, у тебя что-то болит? — вдруг спросил Стравинский, вводя меня в ступор.

— С чего ты взял? — взглянула на него, недоуменно изогнув бровь.

— Ты такая… худая. Ты точно не болеешь?

Я слышу в его голосе беспокойство?.. Хотя нет, просто выдумываю!

— Говори уже, что хотел, и разойдемся! — не выдержала я, бросив вилку на стол, а Макс нахмурил брови.

— Ешь, — повелительным тоном произнес он.

— Не указывай, что мне делать! — прошипела в ответ. — Говори немедленно, что там с проектом отца, или я сейчас же уйду!

— Ничего хорошего с проектом — и нам с тобой придется его спасать, — Макс серьезно посмотрел мне в глаза, будто мы с ним — деловые партнеры, а я нервно сглотнула, ожидая худшего. — Ты знаешь, кто такой Хуршид Абдалла?

Я неопределенно повела плечами. Да я вообще понятия не имела, что происходит в компании отца и кто есть кто! И это невероятно злило! Если еще и Стравинский начнет издеваться по этому поводу, то я не выдержу!..

Но он понимающе кивнул, откинулся на спинку стула и приготовился рассказывать…

Глава 8

Днем ранее. Максимилиан

Утреннюю тишину разорвала противная трель мобильного телефона. Я вскочил с кровати, каким-то образом ударившись об угол тумбочки, выругался и сонно уставился на дисплей: видеозвонок от отца.

— Что-то случилось? — выпалил я, как только провел пальцем по зеленому значку.

— Я не могу просто так позвонить сыну и узнать, как у него дела? — весело отозвался папа.

— Но не в такую же рань! — зевнул я и потер виски: голова просто разрывалась от боли.

— А с каких пор одиннадцать часов для тебя — это рань? — искренне удивился Анатолий, зная, насколько я пунктуален. — Ты что, дома еще? В рабочий день? У тебя все в порядке? — нахмурился отец.

Я посмотрел на часы и тяжело выдохнул: я всюду опоздал, причем безнадежно. Начал судорожно перебирать в голове список встреч, запланированных на сегодня, но уставший мозг не хотел меня слушаться!

Всю ночь меня опять мучили кошмары. Они вернулись вместе с дьяволенком. Снова я видел маму, потом Карину, так еще и ее ребенка, до которого мне вообще не должно быть никакого дела! Почему же сердце так болезненно сжимается от этих дурацких снов?!

— Все в порядке, — отрешенно повторил я последнюю фразу отца. — Ты как?

— Мы — прекрасно! — сделал акцент на слове ""мы"". — Спасибо, что подыскал нам новый дом. Здесь гораздо уютнее, чем в квартире, и расположение удачное. Виола у сестры в салоне красоты работает. Представляешь, Виола — и работает, — засмеялся Анатолий.

Я же его энтузиазма не разделял.