— Что? — возмутился Стравинский. — Вообще-то это я должен…

— Так, у меня слишком мало времени, — хлопнул в ладоши Ключевой. — Где тут наливают?..

* * *В ресторане, который располагался недалеко от места церемонии, было душно и громко. После нескольких русских «горько», странных конкурсов и приторно-сладких тостов гости, наконец, потеряли к нам всякий интерес, концентрируя внимание на трапезе, выпивке и незамудренной развлекательной программе. Я же уныло ковыряла вилкой мясо, поглядывая на довольных танцующих людей, и считала минуты до того, как закончится эта свадебная каторга. Жаль, нельзя перемотать это, как скучный фильм…

Не заметила, в какой момент отлучился Макс, но вернулся он уже с Алексой на руках и протянул мне свою ладонь, будто приглашая куда-то.

— Что? — встрепенулась я. — Куда?

— Домой, моя хорошая, — подмигнул игриво."

"— Предлагаешь сбежать со своей же свадьбы? Это же как-то… неудобно… — засомневалась я, но все же приняла его руку, поднимаясь из-за стола.

— Когда тебя это останавливало? — рассмелся Макс. — Скажем, что Александра устала и захотела домой. Да, принцесса? — повернулся к малышке и поцеловал ее в носик, отчего та смешно поморщилась.

Будто подтверждая папины слова и, как обычно, принимая его сторону, Алекса укоризненно посмотрела на меня и одарила своим редким, но таким желанным «ма», отчего мое сердце вмиг растаяло — и я сдалась. Впрочем, я и сама давно уже хотела завершить этот долгий путь домой…

Несколько часов спустя я сидела с Максом на террасе нашего особняка, укутавшись в плед, и с чашкой чая в руках наблюдала, как Алекса играла в саду. Дома у малышки вдруг открылось второе дыхание — ее усталость и капризность как рукой сняло. Она задорно носилась по вымощенным декоративными камушками дорожкам, обрывала цветы с пестрых клумб, звонко смеялась над милыми фигурками, что украшали зеленый газон, лавировала между фруктовых деревьев и небольших скамеек…

Солнце клонилось к закату, окрашивая все вокруг алым заревом. Макс обнимал меня за плечи и с теплой улыбкой смотрел на нас с малышкой. Его нежный изумрудный взгляд был красноречивей тысяч слов «люблю».

Здесь и сейчас начиналась новая счастливая жизнь семьи Стравинских. И на этот раз мы сделаем все правильно…"