Не знаю, сколько прошло времени. Я не смотрел на часы и не обращал внимания на спидометр. Маневрировал в потоке, пока до дома, где жила Аглая, не остался один километр.

Непозволительно короткое расстояние. Никогда, даже в дни, когда от тоски хотелось повеситься, я не приближался так близко к мышке и нашей дочке. Никогда не позволял себе подставлять их своим присутствием.

А сейчас... Никакие стопоры не работали. Одного взгляда зеленых глаз хватило, чтобы выжечь под ноль остатки терпения.

Мне нужны были мои девочки! Обиженные, гордые – какие угодно, но только чтобы в любой момент мог прикоснуться.

Как оказалось, не привык я за год к одиночеству. Вдалеке от Аглаи верил, что жить можно. Дел побольше, проектов посложнее – суровый рецепт выживания.

А сейчас увидел ее, такую родную, такую несчастную, и ничего от моего героизма не осталось. По морде получить захотелось. Услышать, как посылает к черту. Закрыв глаза, почувствовать, как скользит взглядом и понимает... Сквозь все обиды и мою ювелирно рассчитанную ложь. Все понимает. Сама. Как только она одна и умела понимать.

* * *Штерн приехал ко мне в офис с самого утра.

Хватило сообщения с коротким текстом: «Нужно поговорить».

Каким-то своим еврейским чутьем Дима заранее понял, о чем будет речь. И еще до моего первого вопроса выложил на стол свежие фото Герасимова, его бывшего заместителя и еще каких-то людей со штампами «Пропал без вести».

– Я так понимаю, что с Воронежем мы завязываем? – он расслабленно откинулся на спинку кресла. – Фёдоровна сообщила, что вы с Калининой спалились.

– Твоя разведка работает без выходных?

– Эта, как ты ее называешь, «разведка» мне всю плешь проела, когда узнала, что вы встретились.

Командиры в молодости так мозг не выносили, как наша Зоя Фёдоровна. – Штерн усмехнулся. – Понятно стало, почему в ее взводе всегда была рекордная выживаемость. Когда начальство так орет, бояться будешь не противника, а собственного руководства.

– Аглая цветы принесла, – пришлось каяться. – Я просил управляющего, чтобы компанию ее тетки и близко не подпустили к организации шоу. Но та как-то обошла запрет.

– Будем надеяться, что вас не успели засечь. – Дима пододвинул документы ко мне поближе.

– Вышли Зое кого-нибудь в помощь. Пусть подстрахуют.

Словно я глупость сморозил, Штерн покачал головой.

– Машина уже выехала. Самолетом парней отправлять не стал. Сам понимаешь – поехали не пустыми.

– Хорошо.

Я почувствовал, как нервы немного успокаиваются, и наконец смог взять в руки бумаги.

– До бывшего зама Герасимова, Германа Шульца, нам удалось добраться только на прошлой неделе, – начал рассказ Дима. – Стрелок не соврал – тот боится собственной тени и каждый месяц переезжает с места на место.