Натягиваю халат, медленно выхожу из душа, мечтая упасть в кровать и быстрее заснуть.

Странно. Не помню, чтобы гасила верхний свет в комнате и включала светильник над кроватью. Медленно иду дальше к комоду, по пути развязывая пояс халата. Отодвигаю ящик и замираю, вдыхая глубже.

Запах… Я чувствую терпкий тяжёлый мужской запах. Резко разворачиваюсь и замечаю, что в темном углу в кресле сидит Литвин.

Сглатываю, быстро запахивая халат, под которым только трусики.

Отступаю назад. Как я его не заметила сразу.

— Продолжай раздеваться, — спокойно произносит он.

— Вы меня напугали, — вопреки его просьбе, затягиваю пояс сильнее.

— Прости, не хотел, — лениво усмехается, расстёгивая верхние пуговицы на рубашке. – Я, киска, сегодня очень устал, как физически, так и морально, — съезжает в кресле вниз, откидывая голову, и широко расставляет ноги. — Помоги мне расслабиться.

— Как?

— Давай ты не будешь ломаться и говорить мне «нет». Будь послушной и покорной, и тогда всё пройдёт безболезненно для тебя. Сил и желания на уговоры и игры сегодня у меня нет… — выдыхает.

Мне страшно, но спорить не решаюсь. Очень не хочется злить этого мужчину.

Пусть уже в конце концов это произойдёт и станет легче.

— Что мне делать?

— Ты купила то, что я просил?

— Да. Там в гардеробе, — оглядываюсь назад.

— Умница. Иди надень, волосы оставь распущенные, — прикрывает глаза.

Убегаю в гардероб. Скидываю халат. Надеваю новое белье. Один чулок аккуратно раскатываю, а второй цепляется за ноготь и рвется.

Черт…

Идёт стрелка. Я все испортила.

Надеваю туфли, рассматриваю себя в зеркало. Выгляжу как шлюха. А со стрелкой, как деловая шлюха.

Почему я выбрала белье не глядя?

Оно же настолько тонкое, что все просвечивает.

А с другой стороны, Литвин уже видел меня полностью голой. Скрывать нечего.

Рассуждать легко. Выйти к мужчине сложнее. Дыхание и внутренние уговоры не помогают.

— Надя, не вынуждай меня... — не договаривает, но в голосе недовольство и агрессия. Выхожу. Каблуки глухо стучат об пол, а потом фальшивят проскальзывая. Не умею я красиво ходить на такой высокой шпильке.

Останавливаюсь посреди комнаты.

Зачем вот эти игры?

От которых мне стыдно и неловко. Не легче просто выключить свет и взять меня быстро на кровати?

Мужской темный взгляд медленно скользит по моему телу и останавливается на стрелке.

— Я нечаянно порвала... — шепчу, ибо голоса нет. — Наверное, надо их снять?

— Нет, оставь. В этом есть своя прелесть. Почему черный цвет?

— А какой надо было?

— Тебе идет белый. Купи себе больше белого. Белье, платья, халатик, — хрипло велит мне, продолжая трогать глазами.

Киваю.

Он так долго меня осматривает, что я успеваю привыкнуть к его взгляду.

— Иди сюда, — подзывает меня. Иду, спотыкаясь на каблуках.