Если есть земляки, из тех, кто с положением, у кого свой тепляк или инструменталка, – тогда другое дело. А нет– значит тяжко. Особенно зимой. Зимой здесь – ад.

Дверь резко отворилась, и на порог влетел «сынок»:

– Менты! Атас! Идут по вагонам.

– Где? Далеко? – спокойно, не вставая, спросил Виктор. – Какие менты? Опера или солдаты со шмоном? Беги в лесоцех за старшаком!

– Отрядники, двое… И еще прапора, – добавил «сынок» и убежал.

Виктор встал. Мы повскакали тоже.

– Спокойно, мужики. Если что – зашли погреться, чифирнуть… Это здесь не возбраняется. Остальное – уже мои дела.

Мы напялили рабочую рухлядь и вышли за двери.

Издалека слышались выкрикивающие голоса. Они приближались со стороны нашего вагона, наполовину загруженного и брошенного.

– Эй, где бригадир?!. Где старший, почему на вагоне никого нет? Кто его грузит?

Речь, понятно, шла о нас.

– Ты смотри, бляди, никуда не заглянули, а сразу прямиком к вашему. Вот суки, все знают! – выругался Виктор.

Мы втроем двинулись навстречу голосам. Виктор нас обогнал. У вагона стояли несколько человек в форме. Один из них был майор, второй – старший лейтенант.

За их спинами два прапорщика.

– Здрас-сьте, гражданин начальник! – бодро начал он, явно затягивая время. – Все на месте, все работают…

– А ни хуя не все! Кто на этом вагоне, а? – притворно серчая, начал старший лейтенант. – По зоне шляются ночью, да?!

– Я им новые рукавицы выдавал, гражданин майор, ихние порвались уже с непривычки… Научатся, – уверенно начал защищать нас Виктор.

Пахнуло запахом свежевыпитого спиртного – и майор, и старлей были в легком подпитии. Оттого говорили громко и нарочито строго. Старлей старался больше других:

– Хуля ты мне мульку гонишь? Я чего тут, на бирже первый день, что ли? Рукавицы… Скажи уж лучше, в лесоцех бегали за чаем.

– Да никуда никто не бегал. Мы же знаем, что когда вы на смене, гражданин начальник, хрен куда убежишь!.. – кондово польстил старлею Славка.

– Вот это правильно, га-га-га!.. Ладно, на первый раз прощаю, – примирительно, довольным тоном закончил старлей. – Фоменко, бля, запомни, – все видит, все знает… Я даже знаю, какой вагон здесь Новиков грузит. А почему? А потому что березой грузится сегодня только один вагон. А значит, кого на этот вагон поставят?.

. Правильно!.. Логика, бля, – железная наука! Правильно я говорю, Шутега? – назвал он Виктора по кличке.

– Вы всегда говорите правильно, гражданин начальник, хе-хе…

– Главное, Шутега, не правильно говорить, а правильно жить!.. – пьяно базарил старлей Фоменко. – Тут до хуя тех, кто правильно говорит… Даже есть и в погонах. А я живу правильно. И вас научу тоже, как жить!.. Блядь буду, научу!

Майор все это время заглядывал в темное нутро вагона.

– Всего половину нагрузили, что ль?..