Недовольно поморщившись, араб повернулся к своему телохранителю и, кивая на водителя, приказал:

— Объясни этому болвану, что он давно уже не на гоночном треке, и закладывать такие виражи нет необходимости. Только аккуратно. Он нам ещё пригодится, — добавил он, заметив хищную усмешку бандита.

Председатель и Старый Лис многозначительно переглянулись. Понимая, о чём они подумали, араб усмехнулся и, кивнув на телохранителя, сказал:"

"— Исмаил очень предан мне. Однажды, много лет назад, я приехал по делам в один забытый Всевышним уголок. Как оказалось, за несколько дней до этого там проводилась полицейская операция по освобождению территорий, предназначенных под развитие бизнеса.

В развалинах я вдруг услышал детский плач. В разбитом и разгромленном доме, в самом дальнем углу, под перевёрнутой кроватью лежал годовалый ребёнок. Это он плакал. От голода и жажды. Не знаю, что толкнуло меня на этот поступок, но я взял ребёнка на руки и приказал своим людям найти врача. Этим мальчиком был Исмаил. Я не стану рассказывать вам всю историю его жизни, но могу уверить вас, что одного моего слова будет достаточно, чтобы он покончил с собой, не задумываясь.

Словно в подтверждение его слов, телохранитель нагнулся и поцеловал руку своему благодетелю. Этого оказалось достаточно, чтобы и председатель, и Старый Лис безоговорочно поверили словам араба. Обстановка в салоне сгустилась до грозовой. Тем временем глидер сел, и водитель, выскочив из машины, распахнул дверцу. Мужчины выбрались на улицу, и Старый Лис едва сдержался, чтобы не ахнуть от восхищения. Они оказались на стоянке перед роскошным белым домом в старом стиле, который почему-то назывался мавританским.

Заметив его реакцию, араб улыбнулся и, сделав приглашающий жест, сказал:

— Такие дома когда-то, очень давно, ещё на Старой Терре, стояли по всему востоку. Я решил возродить этот стиль архитектуры и должен признать, что наши предки отлично знали, как нужно строить в условиях жаркого климата.

— Красиво, — помолчав, признал Старый Лис. — А главное, очень необычно.

— Знаю, мне и самому он очень нравится, — улыбнулся араб.

Пойдя следом за хозяином во двор, гости с ходу оказались под прицелом сразу нескольких камер. Опознав в них приборы для обнаружения электронных устройств, Старый Лис немного успокоился.

Раз уж их привезли в такой красивый дом, значит, убивать сразу не собираются. Судя по высказываниям араба, это была его резиденция, а значит, он постарается сделать всё, чтобы она не оказалась замешана в чём-то криминальном. Впрочем, тела можно просто вывезти.

* * *Вот уже месяц Альберт Кнехт, специалист по щекотливым вопросам, сидел в опостылевшей камере, вырубленной прямо в скале, и за всё это время он не продвинулся в своём деле ни на шаг.