Больше денег – больше ответственности.

Весь день я вожусь в саду вместе с Раисой. Помогаю ей ухаживать за цветами, роюсь в земле. Это занятие оказывается очень увлекательным, да и домработница приятной собеседницей, которая относится ко мне как к собственной дочери. От неё я узнаю, что при нехватке воздуха в летнюю жару садовые розы испытывают стресс и легко подвергаются поражению вредителями, а ещё что почва для них всегда должна быть рыхлой и плодородной.

Вернувшись в свою комнату, снимаю с себя грязную одежду, бросаю на пол и остаюсь в одном нижнем белье. Подставляю руки под бьющие струи воды и смываю землю из-под ногтевой пластины. Щелчок двери за моей спиной заставляет меня резко повернуться назад. Только один человек в этом доме может позволить себе вламываться в мою комнату без стука. И это Давид. На него не получается злиться.

При взгляде на Юсупова моё сердце предательски сжимается. Тёмные вьющиеся волосы спадают на лоб, когда он стоит, опираясь плечом о дверной косяк и смотрит на меня без тени улыбки. Он красивый и даже очень, а вот я после сада выгляжу не слишком опрятно. Мне нужно срочно принять душ.

- Привет, - улыбаюсь ему.

- Здравствуй, - произносит Давид серьезным тоном. - Будь готова сегодня к семи, Катя. Мы едем в ресторан на ужин.

Он уходит так же резко, как и появился, захлопнув за собой дверь.

Я не обращаю внимания на то, что Давид вел себя со мной холодно и отчуждённо, приказным тоном сказав собираться. Радуюсь лишь тому, что наконец выеду за пределы его особняка.

Ко всему можно привыкнуть, если очень этого захотеть. Я хочу жить вместе с Юсуповым, хочу видеть его, хочу чувствовать, хочу быть его женой, но всё никак не могу смириться с тем, что приходится сидеть взаперти двадцать четыре часа в сутки. Моя прежняя жизнь была достаточно активна – я ходила на работу, бегала на занятия в университет, встречалась с подругами, готовила и убирала в квартире в ожидании брата. А здесь мне редко удается подойти даже к плите.

Облачившись в кремовое платье до колен, внимательно смотрю на себя в зеркало. Светлые волосы легкой волной спадают на плечи. На лице немного косметики: пудра, тушь и блеск для губ. Надеюсь, что Юсупов останется доволен моим скромным образом.

Спустившись на первый этаж, замечаю его. Давид нервно посматривает на часы и выглядит раздраженным. Надеюсь, что не я являюсь тому причиной, но на всякий случай не позволяю себе вольности в виде объятий и поцелуев. Сейчас это точно лишнее, хотя очень-очень хочется повторить.

- Я готова, - киваю мужу.

Давид внимательно осматривает меня, будто оценивая. С головы и до ног, сузив глаза и плотно поджав губы. Я взволнованно впиваюсь ногтями в сумочку в ожидании похвалы или критики.