Ну в самом деле, они теперь тоже моя семья, и моя дочь связала нас всех воедино, сделавшись центром вселенной, моей личной планетой счастья.

- Я люблю тебя, - пробормотал Алексей, потираясь носом о мой нос буквально через несколько часов, когда мы с ним застыли над детской кроваткой.

Юля еще была с зондом, через который ее предстояло кормить, но теперь рядом, теперь со мной, и сердце успокоилось.

- И я тебя, - прошептала, обхватив его руками.

Мы обнялись, разглядывая маленькую копию нас обеих. Вот малышка нахмурила бровки, приоткрыла ротик, чихнула, закряхтела, затем подогнула ножки.

- Я сам! – Алексей, словно заправская няня, размотал пеленку и уставился на продукт жизнедеятельности дочери. – Неожиданно. А я думал, принцессы не какают.

- Мы тебя еще будем удивлять, - пообещала я, улыбаясь. – Всегда.

Сейчас мне было важно, что эти двое рядом со мной. Много позже я узнаю, что Плотников, выйдя из моей палаты, наутро перевелся в другой ВУЗ, сменил номер телефона, удалил все соцсети и вообще исчез из поля зрения знакомых. Наверное, его родители знали, где можно найти сына, но я чувствовала себя виноватой, и потому не общалась с ними. Пару раз мы встречались в парке, где я гуляла с коляской, но ни разу даже не кивнули друг другу в приветствии. Не в этой жизни. Но я желала Грише, чтобы он нашел свою судьбу, и был также счастлив, как я."