Снова стать беззащитным ребенком, на которого разом свалились титул, магия и ответственность. Он справился – и сделал это блестяще, а теперь судьба подбросила ему новое испытание – или вызов. Стать мужем и отцом. Непростой квест. И даже первые шаги способны испугать, а герцог не только держит удар, но и сам атакует!

Но готова ли она принять его предложение?

– Уверены, что хотите узнать ответ? – усмехнулся он, и тьма отхлынула.

Глаза мужчины вернули себе прежний стальной оттенок.

– Конечно, – настороженно кивнула Юля.

– Вы сами пришли ко мне и сами себя предложили. Я буду дураком, если упущу женщину, которая не трясется рядом со мной, словно овечий хвост.

Гостья выпрямилась и строго взглянула на хозяина дома, как на провинившегося третьеклассника:

– Значит, вы уже все решили и согласны, милорд?

– Полагаю, нам стоит обсудить детали контракта до того, как я приглашу стряпчего, – небрежно отозвался Вандербильт.

Его слова заставили Юлю насторожиться. Она прищурилась и уточнила:

– Какого контракта, милорд?

Дерек с невинным видом поднял брови:

– Брачного, разумеется!

Девушка подхватила его игру: опустила трепещущие ресницы и с наивным недоумением напомнила:

– Но, милорд, вы даже не сделали мне предложения!

Хохот герцога взорвал тишину гостиной. За дверями зазвенел упавший поднос – кажется, служанка пыталась вновь принести им кипяток.

– Брикс! Шампанского! – громко объявил Вандербильт.

Дворецкий, который все это время стоял у него за спиной, почти слившись с обстановкой, беззвучно исчез."

"Дерек поднялся и подошел к гостье. Остановившись возле нее, оперся на трость и с кривой усмешкой заявил:

– Моя дорогая Джулиана, надеюсь, вы простите, если я не буду вставать на колено. Нога, знаете ли, не позволяет!

Юля на секунду сжала губы, ожидая от лорда какой-нибудь каверзы. Но тут же расслабилась, подняла к нему лицо и с легкой улыбкой кивнула.

Он принял это как поощрение и продолжил:

– Итак, леди Джулиана! Прошу вас стать моей женой и герцогиней Вандербильт! Обещаю заботиться о вас, беречь, хранить и защищать в этой жизни и после смерти!

Все говорилось вроде бы с шутливой интонацией, но Юля видела, как напряженно дернулся кадык на шее мужчины, когда он завершил свою речь. Поэтому она не стала больше кокетничать, тянуть время или испытывать его терпение.

– Я согласна, милорд! – произнесла и поморщилась: – Только не называйте меня “дорогой”. Есть куча других приятных эпитетов.

Хватит, что так ее называет Марк Десмонд.

Протянув руку, Юля положила ладонь поверх мужской ладони, сжимающей набалдашник трости.

Дерек застыл.

Юля Амелисглотнула, когда коснулась его ледяных пальцев.

Оба замерли, точно две статуи, не в силах ни разорвать это прикосновение, ни отвести глаза.