За рулеткой раздались бурные аплодисменты, но я шел в противоположную сторону, к покерному столу. Здесь было тише, и гораздо меньше людей.

Наблюдать за игрой тут не возбранялось, вне зависимости от ставок, и я решил этим воспользоваться.

Сделал ещё один глоток, присматриваясь к игрокам, а потом замер.

Она была в красном.

Платье туго обтягивало фигуру, отсюда казалось, что ее темные волосы отливают медью.

«Не может быть, — решил я, — показалось».

Мы не виделись — сколько? Шесть, нет, семь лет, за эти годы она, наверняка, изменилась, все меняются. Но чем больше я вглядывался, тем меньше сомнений оставалось.

Славка играла в покер.

Я решил оставаться в тени, не отсвечивая. Не то, чтобы я ни разу не вспоминал о ней эти годы. Иногда думалось, как она там живёт, продолжает заниматься тем же, что и раньше, или хватило ума и везения соскочить.

А теперь с жадностью какой-то даже разглядывал игроков рядом с ней, пытаясь вычислить, с кем она пришла. Слева сидел какой-то чертила в очках, справа боров на серьезных щах, бесконечно дёргавшийся и в карты свои смотревший, но по дистанции и взглядам, которые они бросали на Славу, было понятно, эти не с ней.

Стало быть, одна. Глупая девчонка.

— Дамы и господа, замена крупье, — на смену юнцу в белых перчатках пришел парень постарше.

Я шкурой чувствовал: неспроста, пока там, люди радуется выигрышу в рулетку, настоящая игра идёт здесь. И ставки, судя по всему, пиздец как высоки.

Ещё минут двадцать я наблюдал за их игрой, все это время Славка на меня не смотрела, я же с лица ее глаз не сводил. И как выяснилось, не только я.

— Вскрываем карты, — произнес крупье.

Первым открылся очкарик. Вторым, с победоносным воплем — боров:

— Стрит-флеш.

Прокатился одобрительный гул, Боров потёр ладони, поворачиваясь к Мирославе, а я приготовился.

— Стрит-флеш на даме, — произнес крупье, когда Слава молча вскрыла свои карты.

Я чертыхнулся, очкарик заулыбался, а Боров покраснел, поднимаясь:

— Карты подтасованы! — схватив пригоршню фишек, он швырнул в лицо крупье, тот в последний момент смог увернуться, — я с вас шкуру щас спущу!

Охрана материализовалась довольно быстро, я, видя, как нависает Боров над Славкой, раздумывал, не пришла ли пора вмешаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Руки убрал, придурок! — орал тот, теперь стало понятно, что он пьян, — ты знаешь, кто я такой?

Второй охранник помог Славке выйти, она сгребла фишки в кучу. После небольших подсчётов, я прикинул, что она подняла около пяти лямов, и в досаде покачал головой. Слишком жирно, чтобы молча съели.