– Все знают, что я этого не люблю, – продолжал директор. – Сошлись на меня, объясни, что я все равно не дам ей двигаться по карьерной лестнице, а в другом месте к ее пристрастиям отнесутся более лояльно.

Эльдар молчал, обдумывая услышанное.

– Не представляю, что можно предложить сотруднику с такой подготовкой и такими навыками, как у Наяны, – проговорил он наконец. – Она ведь получала образование с прицелом на наш Центр, на Госпрограмму. Она хорошо умеет работать с возрастными студентами, находит с ними общий язык, тренирует их память и внимание. За стенами Центра она никому не нужна.

И уж тем более нигде ей не будут платить столько, сколько у нас."

"– Прими мой совет: поговори с матерью Стражалковского. Она умная женщина, и у нее на удивление хорошие связи, – осторожно проговорил директор, опасаясь сболтнуть лишнее. Он и так сказал больше, чем намеревался.

– С вдовой писателя? – с удивлением переспросил начальник Щитка. – А что она может?

Хороший вопрос. Директор Центра тоже немало удивился, когда выяснилось, на каком высоком уровне действует вдова давно умершего писателя. Почти двадцать лет ее не было ни видно, ни слышно, о ней все давно забыли.

А вот поди ж ты, организовала давление, исходящее не откуда-нибудь, а из Департамента политологии. Значит, есть еще порох в пороховницах.

Кроме того, директор запросил и получил информацию, из которой выяснил, что инструктор Наяна и наемник Бочаров проводили вместе много времени помимо обязательных занятий, а Альбина Стражалковская регулярно навещала Бочарова. Что вы, какие «ретро», помилуйте? Во главе всего должны стоять только «технари». Разве можно эффективно управлять и принимать верные решения, не обладая нужным объемом информации? И чем больше этот объем – тем лучше.

Сопоставив данные, директор сложил два и два и пришел к выводу, что Бочаров знает о Наяне достаточно много, а Альбина может стать связующим звеном между этими знаниями и начальником Щитка.

Но такие подробности Эльдару знать не положено.

– Альбина может что-нибудь подсказать, – уклончиво ответил директор. – Поговори с ней.

* * *Наяна любила свою работу, в Центр подготовки ехала каждое утро в приподнятом настроении, но после разрыва с Юбером что-то изменилось.

Она больше не смотрела фильмы, сидя в беспилотнике, а тупо глядела в окно, пытаясь справиться с тревогой и недовольством собой. Ей казалось, что она что-то делает не то или не так, но что именно – не понимала. И будущее, еще неделю назад выглядевшее понятным, ясным и предсказуемым, теперь виделось смутным и неопределенным, словно дорогу накрыл плотный туман, сквозь который не проглядывают никакие очертания.

«Ты дождешься?»

Конечно, она дождется, просто потому, что все рано или поздно заканчивается.