Рогач, чьё внимание было полностью сосредоточено на наших питомцах, трижды получил по рогатой черепушке. Осознав этот прискорбный факт, он чуть сбавил скорость, мотнул головой… И нехорошо уставился на нас чёрными четверными зрачками на зеленоватом белке, рассечённом коричневыми прожилками сосудов.

Воспользовавшись моментом, наши хищники рванули в стороны. А вот рогач склонил голову и ломанулся к нам. Видимо, опять вернул нас с Дунаем и Костромой на верхнюю строчку в списке врагов. Внутри меня всё заорало, что пора бежать, но я сдержался…

Нет, я сбегу, конечно…

В сторону.

Когда время придёт.

Это были очень страшные секунды. Я смотрел, как полтонны живого веса разгоняются… Набирают скорость, топоча шестью копытами и поднимая в воздух мелкие камушки… Как на нас с Дунаем и Костромой нацеливаются острые рога, покрытые старыми царапинами...

Вашу ж!..

Кострома легонько толкнула в бок меня и Дуная. Мол, пора прыгать. А я в тот момент не думал даже, что она сама собирается делать. Рванул в сторону, наконец-то дав волю своему страху. Впрочем, Дунай тоже не задержался, кинувшись в другую сторону.

Наши манёвры заставили рогача слегка вильнуть: враги разбегаются, караул!.. Зато хотя бы одна цель осталась на старом месте. Ей-то он и решил отомстить: и растоптать, и продырявить.

Кострома прыгнула к обрыву, на миг задержалась и — шагнула в пропасть.

А рогач, объятый яростью, не разобрал, куда его несёт. Поэтому с рёвом устремился вслед за Костромой. На ту самую полянку с осколками скал.

Грохот раздался такой, будто ещё одна скала свалилась. Но я уже немного пришёл в себя. И со всех ног кинулся к обрыву.

Больше всего я боялся увидеть внизу ещё и тело Костромы…

Не увидел.

Хитрый прищур её глаз оказался значительно ближе.

Она не упала, да и не собиралась. Уцепилась пальцами за маленький уступ, повиснув на нём. И теперь держалась, дожидаясь своих спасателей.

Мы с Дунаем вытащили её одним рывком. Из лесу вышли понурившиеся питомцы, всем видом показывая, как они раскаиваются в такой подставе.

Ругать мы их не стали… Они дурные! Просто надо это учитывать… Решили, что лучше поспешим к добыче, пока какие-нибудь конкуренты не объявились. А когда спустились, поняли, что бояться конкурентов было рановато…

Грёбаный рогатый урод был жив!

Сверзился метров с пятнадцати, а теперь пыхтел, пытаясь подняться.

Намертво застрял, кстати.

— «Ваще чот» неубиваемый… — удивился Дунай. — И что теперь?

— А вот что!.. — рявкнул я, с натугой подхватив большой камень и с размаху обрушив его на череп рогача.

Тот задёргался, попытавшись вырваться из ловушки, а на широком лбу выступила коричневая кровь.