– А ка-у-к же? Если бы я тебя-у сюда пригласи-у-л, ты бы ведь не пошла…

– Да, не пошла бы. – Спорить не было смысла. Я не скрывала свою позицию ни тогда, ни сейчас. – Я ведь говорила, что не стану сюда возвращаться! И поверь, у меня есть на то причины!

– Вот поэтому и обманул… – без зазрения совести заявил кот, свесившись с люстры. – А ка-у-к же? Ты пойми-у меня, Андолии нужна жри-у-ца. Я и с папой все-у вопро-у-сы уладил!

– Ты уладил с папой все вопросы! – взвилась я, готовая кинуться на поиски швабры и добраться наконец до лохматого мерзавца. – Ай, какой молодец! А меня ты спросил? Мне кажется, сначала нужно было уладить вопросы со мной, а потом уже с папой!

– Лисо-у-чка, есть предложения, от кото-у-рых не отказываются. Я тебе сделаю тако-у-е. Поверь.

– Так сделал бы, а не воровал! – в сердцах бросила я и обиженно надулась. Хотелось разрыдаться от бессилия.

– Ну… – Котику на люстре было не очень удобно, он постоянно перебирал лапами, и я надеялась на то, что все-таки сверзится. – Я посчита-у-л, что ты-у можешь из-за своей эмоциона-у-льности и юности не оценить свалившего-у-ся на тебя сча-у-стья.

– То есть ты меня облагодетельствовал? – Я перешла на низкое шипение.

– Ну как-то-у так, – согласился пушистый, не чувствуя подвоха.

– Знаешь что, рыжий, – очень тихо заявила я. – Валил бы ты куда подальше. Я не хочу тебя видеть!

– Ну а куша-у-ть-то? – уточнил кот, казалось, совершенно не обидевшись на грубость. – Я распоряжусь, и тебе-у принесут кушать. Индеечка запеченн-у-ая? Суфле-у клубнично-у-е и оладушки. Ты ведь будешь куша-у-ть оладушки?"

"– Михаэль, серьезно? – Я решительно не понимала. Лохматый нахал, который почему-то именовал себя принцем, похоже, не понимал, что я действительно злюсь. – Ты меня предал и подставил! Ты подверг мою жизнь опасности и искренне считаешь, будто откупишься оладушками?

– Не только-у оладушки, – поспешно заявил принц. – У меня-у целый комплект предложений, Лисочка-у. Одно-у другого краше.

– Не знаю, может быть, ты забыл, но жрицы у вас вне закона. За мной охотятся и пришибут при первом удобном случае. Ты это-то понимаешь?

– Не пережива-у-й, Лисочка-у. – Михаэль свесился еще ниже, и его голос стал проникновенным, мурлыкающим. Я почти поддалась его обаянию. – Все будет хорошо-у. Я об этом позаботился-у.

– Ты избавил ваш мир от ордена Испепеляющих? За те пару месяцев, что я отсутствовала?

– Ну, не тау-у-к все безоблачно. – Высочество нахохлился и попытался сменить позу. Но люстра подозрительно качнулась, и кот крепче вцепился в нее лапами. – Я переговори-у-л с папочко-у-й, и мы решили, что люби-у-ть жриц нам сейча-у-с выгоднее. Мы издали ука-у-з, тебя теперь никто не посмеет трону-у-ть. На рука-у-х носить будут! Ясно-у, Лисочка-у? Никто тебя не обиди-у-т.

Очень сомневалась.