Кот запрыгнул туда одним махом и покрутился рядом с коробкой, которую предстояло вытащить.

– Что это? – тихим угрожающим голосом уточнила я, достав полупрозрачное нечто с разрезами и очень смелым декольте. Я как представила свое богатство четвертого размера в этом вырезе, мне сразу стало не по себе.

– Мы-р-р-р? – отозвался кот, но, увидев мой возмущенный взгляд, тут же попятился, смешно виляя толстым задом. – Лисочка, ну что есть… У меня, понима-у-ешь ли, нет большого выбора наря-у-дов.

– Это сорочка! В лучшем случае. И то… – Я покрутила прозрачную тряпку в руках. – Пуританской ее никак не назовешь!

– Не-ут, – уперся кот. – Я заказа-у-л специально, написано было «пла-у-тье»…

– Ага! – Я фыркнула. – В магазине интим-товаров брал? Или как у вас это называется. Не издевайся надо мной!

– Ну вот что ты злишься, мырр? Очень мила-у-я вещи-у-ца, и размер твой.

– Вот есть серьезное подозрение, что не во всех местах, – ответила я, чувствуя, как поход за едой накрывается медным тазом. А я ведь уже настроилась.

– Ну не могу я это на себя надеть и выйти в люди! Оно же просвечивает насквозь! За кого меня примут?

– Ну… так я-у же сказал, сообщи, что иде-е-у-шь от принца…

– Я в таком виде никуда не пойду! Точка! Не скажу, что наделена высокими моральными принципами, но это для меня слишком, и, судя по тому, что я видела из окна, у вас в таком ходить по улицам благородным дамам не пристало!

– Лисочка, – заискивающе начал кот. – Но будем с собо-у-й честны, какая ты благородна-у-я?

– А вот хамить не нужно, толстозадое высочество! – ощерилась я. – Не надену. Ищи другие варианты, или будем на пару сидеть голодные, пока про нас не вспомнят твои друзья! Не раньше утра, предполагаю.

Кот надулся и погрустнел. Видимо, сам понимал, что помощи нам ждать неоткуда. Раньше завтрака к нам вряд ли кто заглянет. Нас оставили отдыхать, а то, что не покормили, могут и не вспомнить."

"Других вариантов женской одежды в комнате принца не оказалось, но совместными усилиями нам удалось минимизировать открытость платья. Я не стала снимать плотную белую майку, поэтому декольте получилось скромным, и соорудила себе из рубашки высочества что-то похожее на короткую юбку. Накинутое поверх, это небесно-голубое, слегка просвечивающее платье смотрелось почти прилично. К нему полагался широкий пояс и массивные браслеты. Так себе видок, но если кухня, как клялся пушистый, тут недалеко, может быть, и сойдет.

– Смотри, рыжий, – предупредила я. – Если в меня будут тыкать пальцем и ржать или, того хуже, начнут делать неприличные предложения, я вернусь без кусочка еды! Ты меня понял? Все, что добуду, – мстительно съем по дороге.

– Не кипятись Лисочка, мы-ыр-р, все будет замы-р-рчательно. Верь мнеу-у.