В основном по дороге двигались на Восток немецкие части, пару раз прошли колонны наших пленных, вот только освобождать их я не спешил. Всё дело было в том, что одновременно с ними шли и немецкие колоны, а значит отбить пленных они нам не дали бы. Только часов в 6 вечера наконец появилась не очень большая колонна наших пленных, сотни на три человек. Кроме них ни кого не было и я дал приказ готовится. Охранял их взвод немцев, впереди ехала телега с нашим же Максимом, который смотрел назад, а позади колонны два мотоцикла с ручными пулемётами. Еще по десятку охранников шли по бокам колоны, и по обе стороны дороги было пусто. По моей команде пулемётчики мгновенно изрешетили головную и замыкающую группы немцев, а лучшие стрелки боковое охранение. Причём стреляли исключительно в головы. Патрон у винтовки мощный и на таком малом расстоянии, а были мы метрах в 50 от дороги, вполне способен пробив тело немца насквозь, ранить и нашего бойца, вот и выбрали такое положение, что пуля, пробив голову немца, просто уходила в небо. Как только раздались выстрелы, а прошло буквально секунд 10 не больше, передовое, замыкающие и боковое охранение с нашей стороны оказались уничтожены. Противоположная сторона оказалась для нас закрыта пленными, но они и сами не оплошали, а почти сразу набросились на своих конвоиров. Мне удалось освободить в итоге 273 человека, причём ни один из них не был ранен при этом. Встав, мы бегом бросились к дороге, за это время пленные уже успели разобрать оружие убитых конвоиров.

— Стройся, смирно!

Гаркнул я на них, как только подбежал со своими бойцами. Услышав команду, пленные быстро построились, к тому же за моей спиной стояло шесть десятков бойцов с самозарядными винтовками и ручными пулемётами. На том складе оказалось полсотни ручных пехотных дектярей, так что формируя пока ещё роту, я делал отделение из 10 человек и обязательно с ручным пулемётом, так что на два взвода было шесть ручников. Дождавшись пока пленные построятся, а произошло это очень быстро, я продолжил.

— Ну что граждане дезертиры и предатели, как дальше жить будем?

— Товарищ лейтенант, почему дезертиры? — Послышался вопрос из строя.

— А кто вы ещё, после того, как сдались в плен? Только дезертиры и предатели, но на ваше счастье я не сотрудник особого отдела. Я лейтенант Прохоров, командир сводного отряда и мне нужны бойцы. Не смотря на это, насильно я к себе ни кого не тяну. Я понимаю, что не все из вас добровольно сдались в плен, для таких бойцов и командиров у меня есть место. Кто хочет и дальше воевать с противником, может уйти со мной, только он должен учесть, что у меня железная дисциплина и мне не важно, кем он был раньше.