Приятного аппетита!»

«Если заскучаешь, буду рад пообщаться, а особенно приехать».

Усмехнулась и вошла в ватсап.

Ангел с рожками: Пошли ужинать? Я сосиски отварила. Есть икра.

Добрая злодейка: Что за вопрос! Конечно, уже бегу с бутерами, только что их сварганила.

Ангел с рожками: Молодец! Заварку захвати, у меня закончилась.

Добрая злодейка: Вода-то есть? Могу и ее притащить.

Ангел с рожками: Вода есть. Я добрая.

Добрая злодейка: В курсе, поэтому и спрашиваю.

Ангел с рожками: Давай уже, а то все остынет.

Добрая злодейка: Лечу! Дверь уже открывай, а то баба Галя просечет, что я с бутерами и в гости навяжется.

Ангел с рожками: Она ко мне не ходит. Не любит меня почему-то.

Добрая злодейка: Так она до сих пор переживает после тех слов, что ты можешь организовать ей самую лучшую комнату в престарелом доме, если она не перестанет много размышлять о тебе с соседками.

Ангел с рожками: Я такое сказала?

Добрая злодейка: Ты еще и буклетик ей вручила, с фразой: «Там очень хорошо кормят и даже моют!».

Ангел с рожками: У меня все остывает, а ты к совести моей решила пристать."

"Добрая злодейка: Какая совесть? Я в сказки не верю! К слову, о совести, не съешь там ничего без меня!

Ангел с рожками: Давай уже…

Улыбнулась и пошла в коридор, по дороге вспоминая, что я не ответила Сергею. Ничего страшно, он не обидится. Ну, или потом напишу… ночью.

Только отрыла дверь, как увидела счастливую Кристинку с тарелкой бутербродов и пачкой чая подмышкой. Она бежала, чуть ли не спотыкаясь, оглядываясь назад. Только Быковская оказалась напротив меня, как послышались шаркающие шаги, свидетельствующие, что баба Галя уже на стреме, отчего мы обе улыбнулись.

У старой женщины стояла только одна железная дверь и, поэтому было слышно невероятно громко все, что происходит, как внутри ее жилища, так и снаружи, особенно когда она по телефону с бабульками разговаривала, обсуждая половину нашего дома.

Вымывая с Кристей по очереди нашу площадку, за пять минут знали обо всех шалавах нашего дома. Я туда вроде как не отношусь, но иногда считаю, что лучше этой категории ничего нет. Честное слово. Порой мне кажется, консервативная бабушка завидует, поэтому так яро и следит за личной жизнью каждого, надеясь первой узнать новую сплетню.

Я же числюсь у старушки в особой категории — мерзких стерв. Вспомнила, и даже обидно стало. На мгновение. Как-то услышала, что она проклинает меня на чём свет стоит, ну и организовала буклетики про престарелые дома, просветив ее о выгодном предложении будущей жизни в самой доброжелательной манере, чтобы много не говорила. Я, конечно, забыла об этом, но вот сегодня Кристи напомнила.