"

"— Ну что, Сергей Николаевич? Что вы теперь скажете?

— Как я понимаю, все эти пятеро обалдуев дали похожие показания?

— Правильно понимаете.

— И что вам теперь от меня надо?

— Ну, все основания арестовать вас у меня теперь есть, так что… — он протягивает мне бумагу. — Ознакомьтесь и распишитесь.

Постановление о задержании. Совсем хорошо. Делать нечего, расписываюсь.

— И вот тут.

Постановление о привлечении к делу в качестве подозреваемого. Ещё лучше.

— У вас все бумаги? Или ещё чего есть? — интересуюсь у Маркова.

— Будут и ещё.

— И что теперь?

— Собственно говоря, материалов по делу о нанесении вами телесных повреждений вышеуказанным гражданам более чем достаточно.

Так что это дело мы можем уже вскорости передать в суд.

— Передавайте.

— А вы, Сергей Николаевич, зря так хорохоритесь! Есть ведь и ещё одно дело.

— Только одно? Глядя на вас, можно подумать, что их в вашем столе десяток лежит.

— Лежит. Даже больше. И некоторые из них, вполне могут быть рассмотрены под иным углом. В свете вновь открывшихся обстоятельств. Пока же меня интересует внезапная смерть гражданина Умарова. Которая последовала через шесть часов после вашего обещания наплевать на его могилу.

— И как его угрохали?

— А вы не знаете?

— Откуда же?

— Зарезали. Армейским штык-ножом, который там же и бросили.

— И какое отношение это имеет ко мне?

— Выясним. Полагаю, что самое прямое.

— Ну… Поп свое, а черт — своё. Выясняйте, мне вам сказать нечего.

— Ой ли?

— То, что это подстава с чьей-то стороны, я понимаю. Неясно только, кому это нужно и зачем.

— Напрасно вы так… — Марков покачивает головой. — Просто в своё время вам всё сходило с рук, вот и привыкли. Пора отвыкать…

Второй день я сижу в камере.

На допрос хожу по два раза в день. Пока, несмотря на все мои ожидания, никто и никаких подкатов ко мне не делает. Марков методично и последовательно обкладывает меня со всех сторон, раскручивая на убийство Умарова.

Так что время на то, чтобы все по полочкам у меня разложить, имеется. И некоторые аспекты происходящего очень не по душе. В каких бы отношениях ко мне не находился майор Хлебов, поведение его выглядело непонятным. Во-первых, почему он? Насколько я знаю, в таких случаях должен был прибыть офицер из службы собственной безопасности.

Уж никак не из службы майора. Это первая зарубка. Хазин умер… Странновато, мужик он был крепкий. То, что Могутова на месте нет, тоже, в принципе, объяснимо. Новый начальник — новый секретарь. Но то, что никто из ребят не позвонил мне и не сообщил о смерти Деда… Это вторая зацепка.

Вывод?

Ничего хорошего меня здесь не ждёт. Срок намотают независимо ни от чего. Не за убийство, так за мордобой. И что делать? Бежать? Пока затруднительно. Но… ещё не вечер, поглядим, что и как сложится.