Зачищайте территорию, — поднеся запястье к губам, произнес он в браслет, до боли в душе похожий на тот, что я использовала в клубе, когда создавала вокруг себя аватар.

Я потрясенно открыла рот, переводя взгляд с экранного Стэнли Стэнфорда из холла, теперь уже безжалостно убивающего всех, кто находился с ним рядом, на того, что стоял в дверях.

Это вообще как? Что за фокус?

Сглотнув, посмотрела на труп Брейга, валяющийся у меня под ногами. Внутренняя струна, удерживающая меня в состоянии равновесия, лопнула, и я, выплескивая уже не сдерживаемый волей страх, заорала на Стэнфорда:

— Ты что, спятил? А если бы он в меня выстрелил?

— Исключено, — коротко уронил этот самоуверенный наглец, стремительно двигаясь мне навстречу.

— У нас все было просчитано до миллисекунды.

Он остановился прямо передо мной, поддел костяшками пальцев мой подбородок, осторожно коснулся пальцами ссадины у меня на щеке, а затем всадил в тело Энтони еще одну пулю. Типа пристрелил его снова. И вот тут я поняла, что Стэнфорд злой, как все бесы Вселенной.

Разрезав ножом стягивающий мои руки скотч, Стэн повернул меня к себе лицом и, не давая опомниться, впился в мои губы каким-то совершенно ненормальным поцелуем, в котором, как в экспрессивно размазанных по палитре красках, были намешаны и ярость, и нежность, и отпускающий сердце страх.

— Кто отец ребенка? — перестав терзать мой рот, как-то совершенно не к месту поинтересовался у меня Стэн.

Мне стало дурно. Реально дурно. Во-первых, после пережитого стресса жутко хотелось уписаться, а во-вторых, из-за накатившей тошноты, познакомить ботинки Стэнфорда с содержимым своего желудка.

Первое делать было стыдно, а второе… Второе еще позорнее, чем первое, и поэтому я сказала правду:

— Ты.

— Я, — вполне утвердительно кивнул головой он, но зачем-то вопрошающе приподнял правую бровь.

И вот что я ему сейчас должна сказать?

— Презерватив, — я набрала в легкие воздух, собираясь с духом, чтобы все объяснить.

— Что? — вытаращился на меня Стэн.

— Не выдержал. Порвался. У тебя. Когда мы в клубе… Это самое…

Я думала, он меня сейчас убьет. У него было такое лицо… Зверское лицо.

Он молчал почти полминуты, а потом сказал нечто очень странное:

— Понятно.

Лично мне было ничего не понятно. И еще меньше я поняла, когда он, подхватив меня на руки, с мрачной рожей потащил из дома.

Собственно, высказанное мною возмущение прозвучало именно по этому поводу:

— Ты куда меня тащишь?

— В штаб, — не сбавляя темпа, рявкнул Стэн. — Найду военного капеллана и будем узаконивать наши отношения.

— Я — против, — тут же вякнула я то ли с перепугу, то ли просто лишь бы что-то сказать.

— Да кто тебя вообще спрашивает? — Стэнфорд резко опустил меня на пол, и указательный палец его правой руки уперся в мой лоб, словно дуло «Брайана».