А еще скажи, что я в восторге от ее мастерства.

Таня расслабила плечи и легонько склонила голову.

– Спасибо, Амалия Александровна. Она будет счастлива услышать ваши слова.

Таня снова кивнула и вышла из комнаты.

Как только я набила рот блинчиками, в комнату вошла мама. Одетая в строгое платье, она окинула меня недовольным взглядом и вопросительно приподняла бровь.

– Доброе утро, Амалия.

– Доброе утро, мама, – пробубнила я с полным ртом, отчего она скривилась.

– Я еду за твоими цветами, вернусь через час. За это время, будь добра закончить свой завтрак и принять душ. Алла с девочками будут здесь примерно в десять. У нас будет всего три часа на сборы.

– Хорошо, мама, – ответила я, проглатывая остатки пережеванного блинчика. – А почему ты едешь лично? Разве их не должны были доставить?

Мама изящно махнула кистью руки.

– Они, конечно, все напутают, как на свадьбе Маргариты. Так что я решила лично проконтролировать процесс.

Я кивнула и засунула еще кусочек блинчика в рот, решив не рассказывать маме о том, что Марго сама отменила лилии на свою свадьбу, и выбрала пионы. В противном случае сестре грозила лекция каждый месяц минимум по часу.

***

Приготовления заняли, как и предрекала мама, три часа. Последний штрих – ритуалы невесты и платье. Моя сестра, выглядящая потрясающе в шифоновом лиловом платье, расстегнула чехол с нарядом, висящий на дверце гардеробной комнаты и ахнула.

– Ты будешь выглядеть в нем невероятно, – с восторгом произнесла она.

Оля с Марго аккуратно достали платье и положили его на кровать. Мы с мамой так долго спорили о том, каким должно быть мое платье. Я едва отвоевала для себя отсутствие длинного шлейфа, огромного кринолина и белоснежного цвета."

"Мое платье было нежным. Цвета топленого молока, оно было сделано из легчайшего шифона и шелка с расшитым тончайшим бисером лифом. Рукавов у платья не было, только легкие «крылышки» были опущены на плечи. Фата представляла собой произведение искусства. Она была с ручной вышивкой из изящных веточек и нежнейших цветов. Легкая, как перышко, в цвет платья.

Натягивая чулки подходящего цвета, я думала о предстоящем празднике, пытаясь представить, как все это будет выглядеть. Как только я доходила до свадебного путешествия и первой брачной ночи, дыхание сбивалось, а руки начинали трястись. Я вспоминала слова Марго, что все само собой образуется и немного успокаивалась.

Когда нижнее белье было на мне, я встала с кровати и ко мне подошли Оля с Марго. Сестра держала в руке черный бархатный мешочек. Она начала его развязывать и заговорила.

– Есть традиция, что для счастливого брака невесте на свадьбу нужно что-то…

– Синее, чужое и новое, – закончили мы в один голос.