На крошившиеся стены, которые теперь стали чинить на деньги из приданого Мэйрин.

— Будет трудно покинуть дом, который столько лет был для меня родным. Но все меняется. Юэн женился и уедет в Ним-Аленн, как только окрепнет Изабель. Аларик станет лэрдом. Да. Все меняется, и, по правде говоря, я жду новых приключений. И с радостью поеду с тобой к Макдоналдам.

— Я тоже рад, что ты едешь с нами. Трудно будет обучить Макдоналдов воинскому искусству. У нас не так много времени. Юэну не терпится раз и навсегда избавиться от Дункана Камерона.

— Как и нашему королю.

— По разным причинам. Но тут ты прав.

— Поскольку мы оба встали, можно подготовить коней к путешествию. Вчера вечером я велел погрузить сундуки на телеги. Подождем, пока твоя леди-жена проснется, прежде чем пуститься в путь?

Кэлен насупился. Его леди-жена спала, как ребенок, пока он терзался от боли.

— Я разбужу ее, как только приготовимся к отъезду. И хочу попрощаться с братьями и их женами.

— Ты открываешь новую страницу в своей жизни, — торжественно заметил Гэннон. — Разве всего две недели назад ты представлял, что станешь лэрдом своего клана, женишься на такой красавице и расстанешься с домом Маккабе?

Кэлен ответил не сразу. Слишком встревожил его вопрос. Правда была уродливой, отвратительной. Вечной пыткой.

— Это я виноват в том, что нам пришлось столько лет бороться. Я обязан братьям стольким, что вряд ли когда-нибудь смогу отплатить по достоинству. Мое согласие на женитьбу дает Аларику то, чего он хотел больше всего на свете, и поможет Юэну защитить жену и ребенка. Я женился бы на Рионне Макдоналд даже в том случае, если бы она была сифилитичной шлюхой. Я бы женился на ней, чтобы брат был счастлив, и никогда бы не пожалел.

— Как тебе повезло в том, что я не сифилитичная шлюха!

Обернувшись, Кэлен увидел стоявшую в нескольких шагах Рионну с лицом, превратившимся в бесстрастную маску.

Он тихо выругался, Гэннон издал нечленораздельный возглас. Ну почему, стоит появиться Рионне, как Кэлен вечно делает что-то не так?! Вечно все портит?!

— Рионна…

Она повелительно подняла руку, словно отдавая приказ замолчать, и он покорно повиновался.

— Не стоит извиняться, муж мой, за то, что сказал правду. И я тоже не имела ни малейшего желания выходить за тебя, но как ты верно заметил вчера вечером, иного выхода у нас не было. Может, лучше идти вперед, чем снова и снова воскрешать в памяти прошлое?

В ее голосе звучало столько обиды и боли, что у него сжалось сердце. Но в глазах стыл холод. Рионна держится идеально, только голос ее выдает. Кэлен ранил ее. Жестоко.

— Тебе не следовало выходить из дома. Утро выдалось холодное. Что ты делаешь здесь в этот час?

Несмотря на пронизывающий ветер, она даже не вздрогнула, хотя ее одежда мало подходила для такой погоды.