Думаю, Рионна собьет тебя одним ударом даже с кинжалом в спине.

Кэлен сразу отрезвел.

— Она поражает меня, Юэн. Я даже не знаю, как вести себя с ней. Как смириться с тем, что она рисковала своей жизнью ради меня?

— Ты бы сделал то же самое ради нее, — спокойно ответил Юэн. — Вполне естественно, что и она стоит за тебя горой. Ее отлили и разбили форму. Господь послал тебе чудесный дар, Кэлен, и надеюсь, ты это сознаешь.

— Еще бы не сознавать, — пробормотал он.

— Ну вот, — довольно кивнул Юэн, — рана зашита, и кровь остановилась.

Кэлен попытался встать, но повалился на бок, окончательно лишившись сил. Руки и ноги его не слушались, и он едва был в состоянии приподнять голову.

Выругавшись, он снова попытался встать.

— Помоги мне, черт бы тебя побрал!

— Я помогу тебе добраться до спальни, где лежит Рионна, если поклянешься лежать в постели.

— Не стану торговаться с тобой из-за Рионны, — проворчал Кэлен. — Я не оставлю ее ни на секунду.

— У тебя серьезная рана, Кэлен. Ты весь горишь и совсем обессилел. Если за тобой не ухаживать, можешь умереть.

— Помоги мне встать, — повторил Кэлен.

Юэн покачал головой и усадил его.

— Клянусь, понятия не имею, чье ты порождение. Уверен, что в раннем детстве тебя оставили на ступеньках крыльца.

Кэлен с трудом поднялся. Слова Камерона об их отце всплыли в его затуманенном сознании. Он так и не узнает, была ли хоть доля правды в бреде Камерона. Но он ничего не скажет братьям. Нет смысла сеять семена сомнения в их умах. Камерон много лет жил ненавистью и местью, и это ничего ему не дало. В конце он навлек бесчестье на себя и на отца, за которого, по его словам, мстил.

— Все кончено, Юэн, — тихо сказал он, когда они ковыляли по коридору. — Через восемь лет все кончено. Камерон мертв, и ни один из нас не нанес ему смертельного удара.

— Да, — пробормотал Юэн, — наш отец может спать спокойно. Он отмщен.

— Нет, — поспешно ответил Кэлен, — дело не в мести. В благородстве и справедливости. Камерон действовал бесчестно и умер бесчестно. Этого довольно.

Юэн свел брови и искоса взглянул на брата.

— Я в долгу перед твоей женой, и этот долг не смогу отдать никогда. Она не только спасла твою жизнь, но и убила человека, причинившего много горя моей жене и угрожавшего дочери.

— Похоже, немало людей в долгу перед моей женой, — сухо заметил Кэлен.

Юэн постучал в дверь, и Кэлен едва дождался, пока им разрешат войти. Его сердце едва не остановилось при виде Рионны, распростертой на кровати на животе. Лицо повернуто набок, глаза закрыты.

Гэннон немедленно поднял руку:

— Она потеряла сознание, но еще дышит. Боль стала невыносимой.

— Неужели никто не мог дать ей зелья? Есть ли целитель в этом клане? — возмутился Кэлен. — Я не позволю ей страдать!

— Успокойся, — попросил Аларик.