— Прям бегут!

Фиксирующую повязку сняли, и Карась размахивал руками так, будто и правда греб. Из класса пришли Гаечка и Лихолетова-Рокки, которые сдвигали столы и раскладывали сладости по тарелкам, отдали ключ Еленочке, которая сказала:

— Ну, вот все и в сборе. Спасибо за торт и сладости, ребята!

— Сладости? — переспросила Натка Попова, она была модницей и — единственным ребенком возрастной матери. Отсутствие средств переносило ее тягу к прекрасному в раздел мечтаний.

Сейчас на ней были стоптанные туфельки на каблуках, юбка и блуза, видимо, еще мамина. И капроновые колготки, зашитые в двух местах.

Еленочка словно не услышала ее, продолжила:

— План такой: сперва новогодний вечер и дискотека, потом перемещаемся в класс. Время у нас до половины десятого, потом надо расходиться.

— Крутая тут у вас туса, — проговорила Белинская и посмотрела на Попову. — Прямо карнавал! Надо было и нам…

— Что мы, дети, что ли? — авторитетно заявила Натка.

Скольких незабываемых моментов нас лишило желание казаться безвременно взрослыми! Я не удержался и проговорил:

— И в Германии, и в Бразилии, да много где еще каждый год устраивают карнавалы. Взрослые люди наряжаются и веселятся. И даже пожилые. Быть взрослым — не значит быть унылым.

Острая на язык Попова не знала, что ответить, и надулась.

Прибежал Карась, красный и запыхавшийся, повертел свой номерок.

— Это че за фигня?

К нему подошел Ден-Джокер и сказал заупокойным голосом:

— Хана тебе, Карась, посчитали тебя. Всех посчитали.

Оставив Карася в замешательстве, он мрачно захохотал, запрокинув голову.

— Клоун, блин, — пробурчал Карась.

— Не клоун, а Джокер, темнота, — поправила его Лихолетова. — Это злодей такой его вот, — она хлопнула по спине Чабанова-Бетмена, — кровный враг.

Я насчитал тридцать восемь человек — пришли почти все девятиклассники, плюс Илона Анатольевна, классная «вэшек», наша Еленочка, физрук, Ольга Юрьевна и Снегурочка, не знаю, кто ее будет играть. Итого сорок три человека. Одиннадцатиклассникам-организаторам я припрятал по пачке жвачек — хоть какая-то компенсация за труды.

Прибежали девушки-белочки и объявили:

— Мы за вами! Все — на наше грандиозное шоу!

Появилась Ольга Юрьевна, тонкая, верткая, как ласка, жестом пригласила следовать за собой, и толпа девятиклассников, разбившись на две группы, направилась в спортзал, где играла песня Abba «Нappy new year».

В центре спортзала мерцала наряженная сосна, вдоль стен тянулись самодельные гирлянды и цепи из цветной бумаги, были приклеены угловатые бумажные снежинки. Мне предстояло ответственное задание: вести фотохронику торжества.