Возвышение Меркурия. Книга 8 (СИ)
Обложка книги «Возвышение Меркурия. Книга 8 (СИ)»

Возвышение Меркурия. Книга 8 (СИ)

Александр Кронос

(0)

Сразу после удивления растворилось, Кристина с недовольным упреком фыркнула. Они не были близкими друзьями Волконской, но девушка явно не нравилась той. С одной стороны, разница в происхождении — столичный подросток и дочь влиятельной чиновницы, это уже совсем другое измерение социального статуса. С другой же, рыжеволосая прекрасно помнила их небольшой совместный период в школе.

О книге

Я был римским божеством и правил миром. А потом нам ударили в спину те, кому мы великодушно сохранили жизнь. Теперь я здесь - в новом варварском мире, где все носят штаны вместо тоги, а люди ездят в стальных коробках. Слабая смертная плоть позволила сохранить лишь часть моей силы. Но я Меркурий - покровитель торговцев, воров и путников. Значит, обязательно разберусь, куда исчезли все боги этого мира и почему люди присвоили себе нашу силу. Что? Кто это сказал? Ограничить себя во всём и прорубаться к цели? Не совсем мой стиль, господа. Как говорил мой брат Марс - даже на поле самой жестокой битвы найдётся время для отдыха. К тому же, вы посмотрите - вокруг столько прекрасных женщин, которым никто не уделяет внимания.

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Что значительно повышало шансы оторваться от них и укрыться.

В этот раз мы уже знали, что делать. К тому же враг подступал лишь с одного направления. Олег и Алексей выбивали одиночные цели, используя свои персональные методы — один выпускал пулю за пулей из револьвера, напитывая их силой так, что вражеские черепа буквально взрывались. Второй бил грязно-зелёными оттисками, разрушая части тел врагов и их энергокаркасы. Об основном Даре Рюриковичей, которым обладали они все, царевич мне уже всё рассказал. Теперь я мог увидеть, каков тот в действии.

Я же, после короткого размышления, ударил мощной плетью, использовав плетение Аматэерасу, которое когда-то применял её образ. И влив туда дополнительной силы, что была получена совсем недавно.

Сработало почти идеально — плеть разрывала врагов на куски, забирая их жизни и не давая к нам приблизиться. Некоторые оказывалось достаточно ловкими, чтобы уйти из под моих ударом, но с ними моментально разделывался Сандал. Мьёльнира я в бой пока не отправлял. Берёг в качестве резерва. К тому же, пока было не до конца понятно, насколько серьёзными окажутся возможности живого камня в этом мире.

В этот раз трофейной мощи было намного больше. С одной стороны, я увеличил мощь «искры», как минимум на пару процентов. Ну а с другой — смертная оболочка испытывала всё большие нагрузки.

На всякий случай Сандал проверил тела убитых врагов на факт наличия пастилок, но ничего не обнаружил. Не слишком типично для Пробоя. Хотя, в тех же гоблинах, что долгое время жили бок о бок с Олегом, тоже ничего похожего не имелось.

Спустя пятнадцать минут мы всё-таки добрались до развалин, к которым изначально стремились. Остановились метрах в тридцати от их границы, вглядываясь и пытаясь что-то рассмотреть.

Вернее, этим занимались все остальные. Я же просто послал вперёд Сандала.

Дракон обнаружил относительно целую постройку и даже нашёл висящую на ней табличку с выгравированными символами. Но рассмотреть их я не успел — земля под ногами неожиданно дрогнула, заставив чуть отступить, а через мгновение в воздух взметнулись фонтаны из влажной земли и камней.

Я же сделал ещё несколько шагов назад, присматриваясь к тем тварям, что прямо сейчас выбирались из под развалин.

Глава XX

Пять существ, которые своей формой больше всего напоминали носорогов. Громадных, бронированных, с массивными, вытянутыми вперёд мордами, что заканчивались острыми рогами. И пропитанными всё той же силой, которая пронизывала здесь всё.

Они на самом деле были огромны — не меньше четырёх-пяти метров в длину. Тяжелые, объёмные туши, готовые раздавить практически кого угодно.

Я двинулся вперёд, обходя нашу небольшую процессию слева.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив