Деревенские тоже били поклоны, обещая, что к следующему полюдью отдадут вдвое больше шкурок с дыма, лишь бы не умереть с голоду.

Во Вручий отвезли шесть подвод, народу там было больше, но после подлости гостомысловой не так много, как раньше. Люди, измученные голодом, холодом, ещё не до конца оправившиеся от нападения нечисти, с недоверием смотрели на дружинников, сгружавших мешки у дома наместника. Но когда Горислав созвал людей и стал раздавать зерно, их лица посветлели. Они стали бить князю поклоны, желая ему долгих лет. Вильфриду тоже не обделили вниманием, желая ей родить наследника Светозару, видимо, и они её невестой его посчитали.

Представив себе их сына, к груди прижатого, Вильфрида почувствовала тепло на душе. Может, и правда стоит дать князю шанс? Она любила ребятишек и хотела своего. Посмотрела на Светозара: хорош собой, силён духом, чем не муж ей? Ну и что, что она ведьма? Князю это даже на руку: сможет помогать ему править землями, общаться с богами. Тот почувствовал её взгляд, обернулся, и улыбка коснулась его губ. Вила сразу отвела взор, нечего тому надежду раньше времени дарить, как закончат с Чернобогом, там и решит, а пока принялась рассматривать наместника. Было там на что глянуть.

Горислав был средних лет мужчиной крепкого телосложения, с суровым лицом, покрытым старыми шрамами. Видно было, что он многое повидал на своём веку. Но взгляд у него был добрый, к людям он относился с теплотой. Вила отметила его сильные, натруженные руки и пудовые кулаки. Понимала, что этот человек много сражался и не раз смотрел в глаза Маре. Но не озлобился он с того, а наоборот, стал ещё более чутким к чужой беде.

За неделю все селения снабдили зерном да домой возвернулись; пришло время и к встрече готовиться с Чернобогом. Вечером князь в баню сходил, приготовил рубаху, нянькой вышитую; во многих походах она его берегла, теперь и тут пусть поможет.

Жертву Перуну да Велесу принёс, просил силы в руках, крепости духа."

"Решено было, что на горе Белой станут биться, там князь и призовёт супротивника, на зов не явиться он не сможет. Идти туда было не близко, а потому Светозар с Вилой на лыжах пошли, лошадей деть там некуда было. До вечера и добрались. Зажёг костры князь, подготовился и лёг спать; перед боем отдохнуть следовало, нечего уставшим в драку кидаться. А наутро начал звать Чернобога на честный бой, как положено, обряд провёл. Вскоре посреди поляны вихрь чёрный закружил. Чернобог появился весь в густом дыму, окружённый тенями. Вышел вперёд, высокий, крепкий; раздался глухой голос его:

— Звал меня, князь, так вот он я!

Светозар лишь меч достал из ножен; руны на нём светом синим да огнём загорелись. Молчит, смотрит лишь испытующе. Изготовился стоит, ожидает, что противник сделает.